Попутного ветра, господин дракон!

– И? – блондин в недоумении развел руками, а спустя мгновение искра понимания мелькнула в глубине его серых глаз: А-а-а.. О-о-о! Ну что ж, это меняет дело... Поздравляю!

– Совершенно не с чем, – бесцветно отозвался Гилард, – я предпочел бы другую кандидатуру.. Какую угодно, но другую.

– Добро пожаловать в клуб! – ехидно отозвался Милтон и только ухмыльнулся недобро, увидев, как полыхнул недовольством драконий взгляд. – У судьбы весьма странное чувство юмора, не находишь?

В кабинете повисло тягостное молчание.

– И что теперь собираешься делать? – спросил наконец магистр.

– А какие у меня варианты? – пожал плечами ректор, – Присматриваться и пытаться смириться с подобным раскладом.

– Ну что ж... – мрачно произнес Эдвард, глядя в сторону, – надеюсь, в этом ты будешь успешнее меня.

– Значит, ты драконья невеста, – подвела итог моему рассказу Марша.

Мы с ней и Берни сидели на крыше лабораторного корпуса, приходили в себя после всех треволнений и жевали бутерброды, захваченные нами из столовой.

– Ага, – ответила грустно.

– Слушай, может, это и не так страшно, – продолжила свою мысль подруга, – дагон Ливейский вроде бы ничего такой.. на мордочку-то.

От этого «на мордочку» мне стало так смешно, что я глупо хихикнула и тут же стукнула огневика меж лопаток: он в очередной раз умудрился подавиться бутербродом.

– Марша, ты как что скажешь! Ты видела этих жен драконьих? Только что лужей перед своими ящерами не растекаются.

– Ну, может господа драконы так хороши в семейной жизни, что другого потом и не захочешь? – продолжала философствовать водница.

– Ты вообще за кого? – возмутилась я.

– Я за здравый смысл, – изрекла эта, простите, Создатели, «подруга», и тут же поправилась: – и за тебя, конечно.

– Терпеть не могу этих древних таинственных хрычей, – пожаловалась я. – Сначала он сказал, что от меня не в восторге и собрался отчислить, потом услышал, что я его ненавижу и резко передумал.

– Может, понял, что ничего у него не выйдет, раз ты так категорично настроена? – предположил Берни.

– Хорошо, если так, только что-то я в этом сомневаюсь. Про отмену помолвки он так ничего и не сказал. Как прикажешь понимать? Или это такой новый вид воспитательного процесса по-драконьи: «если будешь плохо учиться, то я на тебе женюсь» ? Жуть... тогда я точно стану отличницей.

– Что будешь дальше делать? – полюбопытствовала Марша.