Попутного ветра, господин дракон!

– Хрущ? – кивнув в сторону огневика, поинтересовался у меня дракон.

– А, ну хрущ тоже, конечно... – парень сконфуженно потер шею, – но больше, все-таки, я сам.

И он с помощью Марши принялся рассказывать всю историю с нашим змеем в подробностях. Сбивался, заикался, пускался в ненужные пространные пояснения. И если бы не подруга, то повествование его могло затянуться до самого утра.

– Как видите, Диона тут совершенно не при чем, – наконец, подытожил он. – Если кого и наказывать, то меня.

– Кстати, Гил. Та троица новаторов, про которую я упоминал недавно, – это они и есть, – влез со своими пояснениями наш куратор.

Повисла гнетущая тишина.

Гилард Ливейский внимательно разглядывал нас с друзьями, переводя взгляд с одного на другого. На мне его взгляд задержался надолго, потяжелел. Дракон вздохнул и, наконец, соизволил с нами заговорить.

– На первый раз ограничимся выговором, – произнес он спокойно, как обычно.

– Но вы же хотели... – начала было я, совсем ничегошеньки не понимая, но под резким, предупреждающим взглядом магистра Милтона тут же прикусила язык.

– На выход, все трое, – распоряжался наш куратор, чуть ли не пинками выталкивая нас из кабинета.

В коридоре друзья накинулись на меня с объятиями и расспросами, а я какое-то время стояла огорошенная еще не веря в свое чудесное спасение... Как это вообще понимать?

– Мне следовало бы прогнать тебя взашей.

Милтон спокойно вынес недовольный взгляд дракона, даже бровью не повел.

– Но ты не станешь, – констатировал он, облокотившись о стол.

– Не стану, может и зря, – Гилард сегодня был странно-задумчив, что неудивительно.

– Я думал, присутствие девчонки поможет отговорить тебя от этого безумия, – все-таки счел необходимым пояснить магистр.

– Не лезь не в свое дело, Эд, – резкий голос дагона рассек воздух между мужчинами подобно хлысту.

– Когда речь шла обо мне, ты не очень-то интересовался моим мнением, – вот теперь Милтон подобрался и метнул в своего собеседника неприязненный взгляд.

– У меня не было на это времени, если ты помнишь... – насмешливо ответил Ливейский.

Магистр отвел глаза. Помнит, разумеется... еще бы не помнить.

– Ты передумал? – спросил Эдвард спустя несколько минут молчания.

– Нет.

– Почему тогда не выставил ее вон?

– Она заявила, что меня ненавидит, – невесело хмыкнул дракон.