Слезы Амити

Как выяснилось, кто-то из родни Родера, вроде как его дядюшка, был Мастером споров и рассказал племяннику о логове и метаморфных стенах. Естественно, еще мальчишкой Родер очень этим увлекся и захотел собрать всю коллекцию метаморфных стен, но больше всего он возжелал тот самый узел или логово, которым владели все Мастера. Однако получить логово мог только Мастер, а так как Родеру не удалось завоевать этот титул, он решил пойти другим путем: поспорить с самим Мастером споров, который, по правилам не мог отказаться от пари, если только у него не было уже действующего пари.

— Первое время это было проблемой, — признался Лекс насчет нескончаемых пари. — А потом Ник начал со мной часто спорить. По любой фигне. И не прекращал, даже проигрывая в пух и прах…

Я заметила, как разгладилось лицо Мэй, когда он все это рассказал.

— Из-за его споров я не мог принимать пари от других людей, поэтому ко мне скоро потеряли интерес. Но Родер умудрился подгадать момент. Уже тогда он был под крылом Холлера, который благодаря вот этому, — указал он кивком на записную книжку в руке Мэй, — души в нем не чаял.

Понимая, что с поддержкой Холлера Родер может свернуть горы, я должен был придумать условие спора, которое не будет по силам всей этой шайке. И единственное, что пришло на ум: найти обходной путь к корпусу некромантии. Ну а дальше, я думаю, вы сами все знаете и понимаете.

— Значит, в этой книжке… — начала я.

— Да, там список метаморфных стен, собранных Родером. И по условию спора ее никто, кроме меня, не может открыть.

Но там лишь список стен: где они находятся. А уже куда они ведут и как их открыть — нужно будет выяснить самим…

Так, мы наконец-то узнали, почему ребята устроили весь этот балаган с некромантами. А как только вернулся Ник, все вместе договорились посвятить завтрашний день исследованию списка в книжке Родера, которую Мэй вернула Лексу. Все равно нам ее не открыть… Но стоило к ней прикоснуться Лексу, как на пустых листах сразу же побежали чернильные строчки.

Однако Лекс тут же захлопнул книжку, когда я в нее заглянула.

— Прости, Лав, но… — он виновато улыбнулся, а я пожала плечами и отвернулась.

Понятно, почему он решил не показывать мне записи: с моей памятью их секретности быстро пришел бы конец. Но вот почему Лекс отказался отвести нас в зал с записями уже открытых и изученных метаморфных стен — я так и не поняла. Даже Хост, который задал этот вопрос, тоже не получил уклончивый ответ, мол, не все сразу.