Слезы Амити

Кто-то из них находил смерть из-за сложного климата или рук асхарцев, а порой некоторые племена принимали их к себе, чтобы использовать в своих целях. Возможно, в легенде был один из таких случаев.

— Тот мужчина обладал силой истока воды, которой никто в племени не мог противостоять. Да. Он был гораздо слабее Фируна. Фирун смог за одно мгновение иссушить и вернуть в прежний вид, куда большую территорию, чем оазис. Он даже смог остановить течение реки! Однако даже такой слабый маг стал катастрофой для племени.

И бывшему лекарю ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Ведь если бы он отказался, его народ постепенно бы начал страдать от жажды, слабеть, и вопрос времени, когда вражеский вождь ворвался бы в оазис и сам попытался найти ответы. Бывший лекарь понимал, что жертвы, которые понесет его племя, будут невероятно огромными, поэтому принял решение сдаться. В тот день все узнали правду исцеляющей силы Ширах Кукуля.

Я напряглась, а Сладос произнесла:

— Кровь.

— Кровь? — удивилась Мэй, а я опустила голову и посмотрела на свои руки, уже понимая, че закончится эта история.

И мне ее совсем не хотелось дослушивать. А мадам Сладос, судя по выражению ее лица, тоже.

— К сожалению, фамильярам не дано преобразовывать магическую силу в заклинания, как это делают, например, маги или ведьмы. Они могут лишь изменить или как-то развить свое тело. Это правило касается всех магических зверей, даже Ширах Кукуля. Поэтому единственный способ, которым он мог спасти племя оазиса: воспользоваться врожденным элементом света и даровать своему телу способность исцеления.

Теперь всякий, кто попробует его кровь и плоть, излечит любой недуг и вернет силы.

— Лекарь принял тяжелое решение и отдал Ширах Кукуля вражескому вождю, взамен на то, что тот оставит Оазис Гармонии в покое и всем расскажет другим племенам, что в Асхаре больше нет волшебного лекарства. Вождь согласился и… — голос Сладос дрогнул. — И над оазисом еще долго разносилось эхо криков Повелителя котов, когда чужое племя рвало его на части, чтобы исцелиться от болезни.

У меня мурашки поползли по телу. Сама мысль того, что маг отдал на растерзание своего фамильяра, была ужасной. И хуже ее делал тот факт, что способности фамильяра стремительно исчезали после его смерти, поэтому, чтобы исцелиться, люди из племени должны были поглотить его практически живьем.

Я вновь посмотрела на Котю, который калачиком лежал на подушке.