Слезы Амити

Герб сразу же вспыхнул, и передо мной выросло сотканное из золотистого света древо с именами. Я даже ахнула от удивления, а Вост самодовольно усмехнулся, однако все возможные комментарии оставил при себе.

Разглядывая древо, я заметила, что после определенного уровня некоторые имена были вычеркнуты.

— Это те, кто перестали практиковать духовную магию, — пояснил Вост, когда я задала ему вопрос. — Самый большой отток в практикующих был в момент, когда появилась магия стихий.

— Это насколько же древнее… это древо?! — поразилась я.

Сама книжка передо мной выглядела не очень старой, а вот отток, о котором упомянул Вост, был ниже половины списка имен. По сути, с того момента, как появилась магия стихий, начался обратный рост древа — убывание. И происходило оно гораздо стремительнее, чем прибывание.

— Сложно сказать, — задумчиво произнес Вост и на мгновение помрачнел, призадумавшись, но оптом встрепенулся и произнес: — Тогда не велось исчисление времени по современным меркам. Сейчас принято считать, что идет двести пятнадцатый год от заключения пакта любесов и магов.

Я кивнула:

— День Темного Торжества или День Смерти по факту номинален. На самом деле точно никто не знает, когда началось нашествие личей, но после того времени началось Великое Истребление и сколько оно продлилось — точно никто не знает.

— Верно, — одобрительно кивнул Вост. — Кто-то утверждает, что с Дня Темного Торжества миновала тысяча лет, кто-то считает что больше, а кто-то — меньше.

Он почесал крюком кучерявую голову:

— Я предполагаю, что отток среди духовных магов начался около двух тысяч лет до заключения пакта или его другого названия Пришествия магов.

Я заинтересованно хмыкнула и перевернула страницу книги, где был другой герб: два сцепившихся лапами дерущихся ворона в ромбовидной окантовке. Когда же я зарядила его магией, передо мной появилось древо имен.

— Скорее всего, они все погибли в период Темного Торжества, — заметил Вост, отчего я помрачнела и поскорее перевернула лист.

Дальше Вост больше ничего не комментировал, а я погрузилась в просматривание древа Посвященных. Часто чей-то род прерывался, как и тот, чьим гербом были два ворона.