Слезы Амити

Хочу кое-что проверить…

– Мохнатый звез… – начал было Лекс, но, услышав последние слова Хоста, переменился в лице: – Что? Зачем? Не надо его отпускать!

Но я его проигнорировала и опустила кота на пол. Тот не раздумывая бросился к Лексу, который с воплями принялся от него улепетывать и запрыгнул на деревянный короб, где недавно сидел Хост.

– Не подходи ко мне! Не подходи! Фу! Сидеть!

– Ты бы еще на дерево от него залез, – угрюмо произнесла Мэй.

– Лекс, поколдуй немного, – приказал ему Хост.

– С дуба рухнул! Он же меня сожрет!

– Если наколдуешь – не сожрет.

– Мр-ау!

– Кыш! Кыш!

– Лекс, колдуй!

– Да чтоб вас! – выругался тот и, взмахнув ладонью, отправил по воздуху струйку золотого света.

Кот мигом потерял интерес к Лексу. Золотистая змейка отразилась в его округлившихся глазах, а уже через мгновение была поймана и втянута кошачьими ноздрями.

– Мр-раф, – довольно выдохну посоловевший кот, отчего из его рта появилось маленькое облачко из золотого дыма.

А Хост тем временем к нему приблизился и снова применил свою магию.

– Как я и думал, – резюмировал он.

– Что? Что такое? – хором поинтересовались мы с Мэй, пока Котя с очередным «мур» принялся обхаживать Лекса вокруг короба.

– Он питается, чтобы вырасти и закончить свое развитие.

Глаза Хоста восхищенно засверкали.

– Если я прав, то как только он закончит – его возможности многократно возрастут.

– Так! – раздался гневный голос Лекса. – Все! С меня хватит!

Взмахнув рукой, он призвал шарик света, который шустро пролетел перед носом планирующего прыгнуть кота и упорхнул вглубь темного помещения.

Пергамент, кстати, был красным.

– А теперь – перейдем к делу.

– Что это? – поинтересовалась Мэй.

– Договор о вступлении в наш кружок исследователей, – с широкой и немного плотоядной улыбкой ответил Лекс.

– Договор? Но… – непонимающе тряхнула она головой. – Почему он красный?

– Ну, потому что он особенный, – начал юлить Лекс, поэтому я произнесла:

– Это проклятый пергамент.

Хост тяжело вздохнул, а улыбка Лекса дрогнула, но голос остался все таким веселым:

– Совершенно верно! Молодец, Лав!

Однако в конце я все-таки ощутила долю осуждения.

– Лекс! Ты совсем рехнулся? – разозлилась Мэй, и улыбка с лица Лекса наконец-то сползла.