Слезы Амити

Беспрекословно и немедленно. О чем бы я ни попросил.

– О чем бы…

Я обхватила себя руками, а декан, с ног до головы окинув меня тяжелым взглядом, угрюмо произнес:

– Это какого же ты мнения обо мне, Флоренс?

– Я просто беру в расчет мой опыт и твою скрытность, а если еще учесть то, что Дамиан – твой брат… – многозначительно я замолчала, а декан сверкнул глазами.

Постучав пальцами по спинке скамейки, он произнес:

– Понимаю и обещаю, что мой приказ не нарушит твоего личного пространства.

Я расслабилась.

– Тогда по рукам.

– По рукам, – согласился декан, запрокинув голову и прикрыв глаза. – И раз мы договорились, в наказание сделай десять кругов крадущимся шагом.

– Десять кругов? – вытянулось мое лицо. – Флэмвель, ты совсем что ли… За что?

– Пять за то, что я не одобряю азартные игры. И пять! – произнес он громче, опередив мои возражения, после чего приоткрыл один глаз и пронзил меня взглядом. – За то, что не пришла ко мне сразу, как только директор тебя отпустил. Так что вперед и с песней, Флоренс.

Глава 29

«Он обо мне волновался? Ведь волновался? Да?» – от этих мыслей мне и, правда, захотелось петь – не знаю почему. Однако мне с детства медведь на ухо наступил, поэтому моей «песней» стала исповедь обо всем, что происходило утром.

Нарезая круги, я рассказала о том, как додумалась разбить шарик, на что декан одобрительно кивнул. Потом рассказала о Сенжи и своих сомнениях, почему директор разрешил ему присутствовать на вечерней речи.

– Может, директор о чем-то догадывается? – предположила я, чуть замедляясь рядом с деканом.

– Скорее всего, уже догадался, – ответил с закрытыми глазами он.

Я даже споткнулась, а в душе засквозил холодный ветер страха.

– И что нам делать?

– Ничего.

– К-как ничего?

Декан вздохнул.

– Мы не знаем точно враг он нам или друг.

– Но ты говорил, что твоя интуиция…

– Да, говорил, – перебил он. – И я склонен прислушиваться к интуиции, однако предчувствие не делит зло на градации, поэтому я предпочитаю действовать исходя из фактов.

– То есть, мы будем ждать, когда он сделает что-то плохое. Да? – съязвила я.

Декан приоткрыл один глаз.

– Почему ты так уверена, что он непременно сделает что-то плохое?

– Интуиция, – мрачно ответила я, припоминая взгляд директора, когда он смотрел на седьмую статую или разбил стену, стоило мне упомянуть символы. – Когда он говорит об Амити, то странно выглядит.