Слезы Амити

Но если ты решишь иначе, то я…

Она обреченно вздохнула.

– Я, конечно, прислушаюсь к тебе, потому что… Лав! Ты моя первая подруга, – ее щеки зарделись. – И если признаться честно, не только в Академии, поэтому я всем сердцем верю тебе и знаю, что ты желаешь мне лишь добра.

– Ты так думаешь? – спросила я осипшим голосом.

– Знаю, – улыбнулась Мэй. – Разве может тот, кто бросился спасать незнакомку от ожившего чемодана, быть злым человеком?

Не удержавшись, я горько усмехнулась, но улыбка быстро растаяла на моих губах.

– Мэй, – выдохнула я, видя надежду и рвение в ее небесно-голубых глазах.

Таких добрых и светлых… Отчего на душе стало только поганее, ведь я прекрасно понимала, что ни один мой ответ не принесет Мэй ничего хорошего. Откажусь – разобью ей сердце, соглашусь – поставлю под угрозу ее жизнь. И если в первом случае самое страшное – это возможный конец нашей дружбы, то во втором – на моих руках окажется кровь еще одного дорогого мне человека, и этой ноши я точно не вынесу.

– Я…

– Не отвечай сразу! – взволнованно перебила меня Мэй, когда увидела, как я поморщилась.

Она словно почувствовала, что я хочу произнести – на ее лице промелькнул испуг, а в глазах сверкнули слезы отчаяния.

– Вот!

Она схватила со стола пакет и, чуть не уронив его на пол, сунула мне в руки:

– Сначала поешь и подумай. Хотя бы до завтра, – с мольбой посмотрела на меня она. – Или еще дольше… Ой, лучше подумай! А пока ты не ответила, я, как обещала, никуда не перееду и буду… буду ждать твоего ответа.

Опустив взгляд на пакет, я дернула уголком губ, а Мэй напряженно рассмеявшись произнесла:

– Что-то я какие-то глупости начала говорить. Ты не обращай внимания. Просто поешь, пока не начался первый урок.

Немного помолчав, я принялась разворачивать пакет, чувствуя, как в душе все переворачивается, а в голове стучит одна мысль: «Вдруг ты совершаешь ошибку?» Но я просто не могла сейчас сказать Мэй, чтобы она уходила. И боясь, что зря рискую, все-таки тихо произнесла:

– Хорошо. Я подумаю.

Мэй заметно расслабилась:

– Спасибо.

В ее голосе прозвучала улыбка, но я не видела ее, потому что продолжила смотреть внутрь пакета, в котором оказалась жаренная в масле картошка брусочками, овощная котлета – похоже, новое изобретение мадам Сладос, и запечатанный бумажной крышкой стакан с кофе. Вся еда была теплой и невероятно ароматной.

Мои руки дрогнули, но голос вопреки всем моим чувствам прозвучал спокойно и мягко:

– Нет. Это тебе спасибо, Мэй.