Сердце Колдуна

Я не могу оставить своего человека.

Мальчик усмехнулся и скрылся в цветах багульника. Ожидая его возвращения, Анна стала рассматривать мир вокруг себя: светлый – настолько, что почти резал глаза, – и яркий – будто кто–то наложил на камеру фильтр с завышенной насыщенностью и чистотой цветов, он пах солнцем и ландышами.

– Красиво–о, – мурлыкнул кот. Анна кивнула.

– Ты говоришь!

– Да.

Анна сглотнула.

– Как ты думаешь, это та самая Навь, которая как мир мертвых? Или какая–то другая?

– Кто их колдовские дела разберет?.

Впереди зашелестели листья – кто–то приближался.

– …Что значит, Аннушка здесь?! – донеслось из–за цветов. – Как это она здесь?! Ей сюда нельзя!

– Ты, видимо, не сказала ей, что ночью к тебе нельзя ходить, – мягко ответил мальчик.

– Ты же сказал, чтобы она шла к Вратам?

– Я сказал, чтобы она ждала…

– Бабушка! – позвала Анна. – Бабушка, Бера кто–то ранил! Вся грудь в ранах! И крови много! Я сделала повязку, но…

Первым показался мальчик.

– Вот.

– Что с Бером?! – потребовала девочка.

Анна с удивлением посмотрела в её синие, как лед Байкала глаза.

– Что?! Ба… бабушка Пелагея?!

– Это я, – ответила девочка, пригладила маленькой ладошкой свои пушистые белые волосы и снова нахмурилась. – Что опять этот медвежонок натворил?!

– Я не знаю, – пролепетала Анна. – Меня какая–то женщина голая в лесу поймала и к реке притащила, а он там плавал.

Пелагея помяла пальцами кончик носа.

– Я младшая в Роду. Предпоследняя. После меня только Мелисса – она тут еще меньше. Пойдем домой. Врата вон едва видны! Хорошо, что Милонег тебя заметил, пока ты не ушла еще дальше! А то не вернулась бы! Ей–ей! Аннушка… Ка бы не Пела, пропала бы ты!

Анна не сразу смогла заговорить. Пораженная и ошарашенная, она открывала рот, выдыхала и снова закрывала его.

– Пела?! Это же вас так Бер зовет!

– Это имена всех нас, – вступил в разговор мальчик. – В нашем роду все колдуны и ведьмы – Пела. Женщины от «Пелагея», а мужчины от «Пелагиос».

– И у вас одинаковые имена?! У всех?!

– Нет. Когда мы становимся колдунами, нас начинают Пелами звать. Имена у нас у каждого свое, но используем мы их обычно только между собой. Для остальных мы – Пела.