Хозяйка Проклятой Пустоши

Оплетенная плющом, коробка здания практически не выделялась на фоне местной растительности. Здесь держали самых опасных преступников.

В подземелье, в одной из дальних от входа камер, сидел узник. Вряд ли кто-то узнал бы в грязном, прикованном к стене мужчине блистательного генерала ди Соро. Спутанные волосы, отросшая, неухоженная борода, грязные лохмотья, в которые превратилась одежда, немытое исхудавшее тело. Да и некому было искать прославленного полководца, ведь, согласно официальным сведениям, Дэлор ди Соро погиб в результате взрыва в лаборатории.

Кто бы мог подумать, что не стрела неприятеля победит отважного генерала, а предательство человека, от которого он меньше всего этого ожидал. В шестнадцать лет сбежав из родной страны, Дэлор поменял имя и род и устроился на военную службу в соседнее государство. Ему казалось, что он замел все следы, но Олпидайо спустя столько лет раскопал сведения о его прошлом и предал. Тот, кому Дэлор верил, ради кого рисковал своей жизнью, надел на него ошейник и продал, словно вещь.

Дэлор вспоминал прошлое, пытаясь понять, почему Его Величество так поступил. Ведь генерал мог бы захватить весь Искамор, но в результате Олпидайо получил лишь одну провинцию! Почему?

Постепенно генерала сморила дрёма. Он даже пропустил тот момент, когда рядом с его камерой появились посетители.

– Даже не верится, что ты превратился в такое убожество, ведь прошло чуть больше года, – неприязненно процедил красивый, богато одетый мужчина примерно тридцати - тридцати пяти лет.

Хотя Дэлор не открыл глаза, он по голосу узнал человека, что стоял по ту сторону решетки. Алваро – его враг, узурпатор, который захватил трон Искамора.

– Фу, ну и запах, – поморщился самозванец, прикладывая к носу надушенный кружевной платок. – Тут разве не убирают?

Толстяк, чуть помявшись, ответил:

– Так ведь, мой король, он – бешеный, разум потерял совсем.

– И что? – холодно перебил Алваро. – Он в цепях и в ошейнике, который магию подавляет.

– Так, кидается! И всегда неожиданно. Рычит, дергается, цепи иногда рвет, – зачастил надзиратель. – Мы после того, как он что-нибудь порвет или сломает, не поим, не кормим его, пока совсем не ослабнет. И только после того, как починим все, опять воду даем, а затем уже еды немного.