Леона. На рубеже иных миров

Со всех сторон раздавались выкрики торговок и купцов, нахваливающих свои товары и зазывающих поглядеть, потрогать да купить. Люди, толпясь у палаток и разгуливая меж торговых рядов, заполонили все свободное пространство.

— Подходи! Разбирай! Пирожочки с пылу, с жару! С мясом, с капустою, с яблочками! Тесто, как пух, воздушное! — низким громким голосом завлекала дородная разносчица проходя через толпу с огромным заваленным выпечкой лотком.

— А ну-у! Кому утварь стряпушную? Скалки гладкие да узорчатые! Черпаки да половники с резными ручками! Горшочки, утятницы да крынки расписные! Ухваты чугунные с ручками дубовыми! Век прослужат! Подходи да выбирай, люд честной! — доносилось от огромной палатки, заполненной разнообразной домашней утварью.

— Яблочки моченые! Сладкие да мягкие! Подходи, народ, да пробуй разносолы душистые! Охурчики хрустящие да помидорки соленые! Хрибочки белые дюже вкусные! — выкрикивала молодая женщина, стоя за небольшим прилавком, покрытым карминовой узорчатой тканью и заставленным деревянными кадками с мочеными яблочками и соленьями.

Леона мазнула взглядом по ее товарам и вдруг заметила, как меж стоявших под лавкой бочек мелькнуло невысокое волосатое существо на двух кривых копытцах и, махнув напоследок тонким длинным хвостом, скрылось за прилавком.

Девушка нахмурилась и подошла к смутившей ее палатке.

— Здравствуй, хозяйка! — громко обратилась Леона к стоявшей за прилавком женщине.

— Здравствуй, дорохая! Прихлянулось чего? Яблочка моченого желаешь али соленьицев? — добродушно улыбаясь, спросила торговка.

— Ой, и плохо тебя слышно, хозяйка, — посетовала Леона, повышая голос. — Гомон такой стоит, не разобрать, что говоришь. Окажи милость, выйди ко мне?

— Глуховата чтоль? — сочувственно спросила женщина, обходя прилавок.

Леона сразу подошла ближе к торговке и, наклонившись к ее уху, предупредила: — У тебя, хозяйка, в палатке нечисть мелкая завелась. Только что за прилавок шмыгнула. Ты бы бежала скорее к Дому Божьему, пока она тебе торговлю не попортила. Служители помогут.

Торговка шумно вдохнула и, посмотрев на девушку широко распахнутыми глазами, испуганно схватилась за грудь.

— Только не шуми, — добавила Леона, опережая готовый уже пролиться поток громкого негодования. — Спугнуть можешь. Затаится — потом не отвяжешься.

Громким шепотом женщина сердечно отблагодарила Леону за предупреждение и, оставив все под пригляд торговавшей рядом товарки[1], подхватила юбки и побежала в сторону святилища.

Друзья пошли дальше.