Леона. На рубеже иных миров

Словцен недовольно скривил лицо и нехотя кивнул. Азарт в нем уже успел разгореться, подстегивая изнутри, и заканчивать на этом совершенно не хотелось. Но подруга была права — и правда, ведь договаривалась на одну. «Эх. Но вот завтра мы обязательно отыграемся!», решил парень, кивнув своим мыслям, и принялся собирать карты и камушки обратно в берестяные коробки.

— А помнишь, как мы лет пять назад мамке крысу дохлую подбросили на кухню? — спросил Словцен, вставая и разливая по кружкам сыто.

— Помню, — простонала Леона, сдерживая смех и пряча заалевшее от стыда лицо в ладошках.

— Мне до сих пор припоминают ведь. Тебя тогда только пожурили, а мне батька так уши надрал, — хохотнул парень, подавая девушке кружку с холодным напитком.

— Ты мне что, пожаловаться на тяжелую судьбинушку решил? — спросила она, принимая кружку.

— Ну да. Несправедливо это. Вам девчонкам всегда все с рук сходит, — наигранно обиженно вздохнул парень и отпил из своей кружки.

— А ты об этом не переживай. Я, когда домой приехала, меня Ружена, знаешь как, по лесу потом гоняла. Говорила, что, мол, шибко много сил у меня, видать, накопилось, раз до таких … мм … шалостей додумалась, — усмехнулась Леона, подбирая слово так, чтобы не посрамить наставницу, которая не пренебрегала иногда крепким бранным словом.

Они проболтали весь вечер, сщелкав полмиски семечек и начисто опустошив весь жбан, пока не пропели первые петухи[7]. Словцен, раздосадовавшись, что время уж как-то слишком быстро летит, ушел к себе, а Леона, наконец погасив лучину, забралась под одеяло и мгновенно уснула крепким сном.

[1] Мочало – размочаленные (размятые) волокна из лубяной части коры молодой липы, из которой могут изготавливаться мочалки.

[2]Сбитень – медовый взвар на травах.

[3] Жбан – деревянный кувшин с откидывающейся крышкой

[4] Сыто – медовый напиток.

[5] Вторые петухи – Около 2-3 часов ночи.

[6] Карминный – темно красный.

[7] Первые петухи – около полуночи – часа ночи.

Глава 8

Глава 8

На все село с гудящей ярморочной площади разносилась задорные песни свирельщиков да нестройный шум голосов от растянувшихся по главной улице торжищ. Длинными рядами выстроились там торговые палатки с вывесками, небольшие телеги с товарами, обвязанные яркими развевающимися на ветру лентами, передвижные повозки-лавки и даже простые торговые столы, завлекательно покрытые цветастыми тканями.