Леона. На рубеже иных миров

И чтобы увериться в том, что ребенка уже нет в живых, ты решишь ехать дальше, вниз по течению. За деревней, на берегу, вы наткнетесь на ее разодранную окровавленную рубаху и волчьи следы. Кровь, ты, немедля проверишь и убедишься, что она принадлежит Леоне. И пусть все твои услышат — это кровь девочки. Она упала в реку, не справилась и утонула, а выброшенное на берег тело задрали и растащили оголодавшие с зимовки волки. На этом все. Леона для вас мертва, ваши поиски окончены.

Ружена сделала домовому знак, и тот, еле шевеля губами, что-то тихо прошептал, дунул мужчине в лицо и исчез.

— Ты хлядь, говорю, травок-то сколь у меня. Вона и венички для баньки висят. Похляди, какие венички-то добротные. Сама собирала да захотавливала, лечебные они. Найдешь дочку-то, так захаживайте ко мне, когда воротиться-то соберетеся. Я-то уж старая, уж и больно мне одиноко тута, а я вам и баньку затоплю, и пирохов напеку, и соленица из похреба достану, — продолжала говорить Ружена со стариковским добродушием в голосе, поразительно выделяющимся в сравнении с тем, что произошло мгновением раньше.

— Черт бы побрал твои травки, — оторопело пробормотал мужик и, бросив раздраженный взгляд на знахарку, быстро вышел из комнаты.

Послышался глухой стук удаляющихся шагов. Где-то в глубине дома хлопнула дверь. Слышно было, как он сбежал по крыльцу и окрикнул своих. Они о чем-то недолго переговаривались. Стоявшие во дворе лошади возбужденно заржали, а затем до слуха Леоны донесся удаляющийся стук копыт. Ружена все это время была неподвижна и, хмурясь, глядела в пустоту, внимательно прислушиваясь к происходившему снаружи.

— Кровожадная же ты, Руженька, — хохотнул вновь появившийся Добролюб. — Волки растащили, драная одежда. Тебе чтоль спалось нынче плохо?

— А чего мне делать еще было? — спросила все еще хмурая женщина, обернувшись к домовому, — не пусти я его сюда — сразу бы понял, что девочка здесь. Видел нить-то путеводную? Пусть хиленькая, а прямиком к Леонке тянулась.

Домовой задумчиво покачал головой, соглашаясь, и Ружена хмурясь продолжила:

— Видно кто-то из наших старых знакомцев у них в помощничках, а то и вовсе хозяином стоит. Мы с тобой не отбились бы, друг мой, приди к нам на огонек его господа. Что мне еще оставалось? Знали ведь, что могут явиться… Пришлось уж обустроить небольшое представление… А ты зачем влез-то?

— А за тем, — погладив бороду, многозначно ответил Добролюб.

Ружена выжидательно подняла бровь.