С мейсе Райкконен что-то не так

И вот сейчас, спустя неделю, я стояла под дверью Натана и звуки, доносящиеся из-за неё, а также табличка «закрыто» на лавке Хильды не оставляли сомнений: за что именно мне прилетела обратка с тем случайным поганцем в заброшке.

Твёрдо пообещав себе больше ни во что не впутываться и не впутывать других (в какой раз!), я, терзаемая совестью, добрела до полицейского участка.

– А, Уна! – хищно воззрился на меня Скоропут – Гроза татей и Всевидящее око Альматы. – Вот тебя-то мне и надо…

– Это не я! Всё врут! – встрепенулась я, раздумывая, как бы ловчее сбежать.

– Ага. И повозку с утра не ты, и Набода Козельская уже неделю протрезветь не может, хотя спиртного в рот не берёт и это всем известно…

– Не докажете! – вскинулась я. – Полицейский произвол! На безвинную душу поклёп возводят!

– Не докажем, – добродушно согласился легавый. – Остаточных эманаций – ноль целых ноль десятых. Магическим вмешательством и не пахнет, это тебе любой колдун из ассоциации скажет, хоть они всем скопом по тебе с лупой ползать станут.

Всевидящее око раскрыл свои медвежьи объятия, и я с удовольствием впечаталась в родную грудь.

– Да чего-то навалилось, дядька, – не сдержалась я и тихо пожаловалась. – И это не так, и то не этак. Тошно мне.

– Тошно-то по-разному бывает, – обеспокоился Скоропут. – Это мне, что ж, внучатого племянника скоро ждать? Ладно уж, вырастим, не трясись…

– Тьфу на тебя, – высвободилась я.

И тут же перепугалась.

– В смысле, не тьфу, не тьфу! – замахала я руками.

– Ладно, племяшка, – улыбнулся полицейский. – Чего хотела-то?

– А там это… – замялась я. – Трупов не находили за последние несколько дней? Ну, может, растунции где в заброшках распоясались…

Взгляд Всевидящего ока тут же стал жёстким и собранным.

– Не находили. Да и «заброшек» у меня в городе не водится – всё под контролем… А на растунции у колдунов из ассоциации своя особая служба имеется.

– Да ничего! А… на бывшую богадельню по Кирпичной улочке маги наводку не скидывали? Ну, которую снесли, а потом вроде заново строили, да недостроили…

– Было дело, – кивнул дядька. – Четыре дня назад проверяли. Опасные растунции выжгли, всё по протоколу, жертв и пострадавших нет. У меня и отчёт имеется.