Хозяйка Седых холмов

– Привал, – скомандовал Яромир, когда они добрались до поваленного дуба, и опустил девчонку на землю. Да уж, таким макаром оставшиеся до замка пять часов легко превратятся в сутки. Эх, как же жаль, что каурая сгинула!

Он повёл плечом, выправляя спину. Суставы хрустнули.

Блаженная доковыляла до поросшего мхом ствола, уселась и принялась шарить в бездонных недрах красного плаща.

– Сыр кончился, – сообщила она, – но хлеб остался. Будешь?

– Давай, – вздохнул Яр и устроился рядом.

Блаженная отломила кусок порядком почерствевшей краюхи и вручила ему, но к остальному не притронулась: бережно завернула хлеб в тряпицу и сунула обратно в карман.

– Чего не ешь? – спросил Ледорез, наблюдая за данным действом.

– Не хочется, – вздохнула девчонка и, приподняв подол, с тоской уставилась на распухшую лодыжку.

"Видать, из-за вывиха переживает, – решил Яромир. – Боится хромоножкой остаться, не иначе". Хромоножек, говорят, замуж не берут. А это бабам важно.

– Нога заживёт, – заявил он со знанием дела и принялся жевать ломоть.

Чудачка подняла на него глаза. Смотрела долго, внимательно, а потом вдруг протянула руку к его волосам. Ледорез резко отстранился.

– Не трогай, – рыкнул, угрюмо зыркнув исподлобья.

– Ты чего такой дикий? – девица удивлённо вскинула брови. – У тебя полная голова репьёв. Я просто хотела снять колючки. Можно?

Вот же...

Яр отвернулся и сосредоточился на скудном ужине. Блаженная, видимо, расценила молчание как согласие и предприняла новую попытку. На этот раз Ледорез шарахаться не стал: хай с ней.

– Да, уж, знатно ты запаршивел, братец. Тут и репья, и колтуны и... – она вдруг прищурилась и подалась вперёд. – Надо же, седая прядь!

Это было уже чересчур. Яромир перехватил тонкое запястье.

– Хватит.

Девчонка ничуть не смутилась.

– Давно она у тебя?

Давно ли...? Прядь появилась два с лишним года назад, после штурма неприступной цитадели некромантов. Менестрели прозвали сражение бойней у башен.

И виновный до сих пор платит по счетам...

Яр не стал отвечать. Воспоминания обрушились звоном мечей, взрывами заклинаний и криками. Пришлось зажмуриться, чтобы шум в ушах стих.

Шум стих, а девчонка нет.

– Что за дело у тебя к Хозяйке? – спросила она, как ни в чем не бывало, и плотнее укуталась в плащ.

"Устроить так, чтоб она меня убила в честной схватке".

– Важное.