Сокровище в пелёнках

Хотела ощутить прелести материнства? Добро пожаловать в новую жизнь!

Глава 1-3

Достав из сундука купленный мною плед и простынь, которую тут же разорвала на части, чтобы сделать подгузник, дрожащими руками развернула мокрое одеяльце и уставилась на голосящего малыша. Девочка!

Несмотря на красное личико и пушок на голове, она показалась мне самой настоящей красавицей. Маленьким чудом… Которое, замолчав на миг и поднатужившись, наложило мне небольшую, но сильно пахнущую кучку.

Признаться, поначалу я растерялась, не зная за что хвататься — то ли разводить печь и греть воду, то ли брать чистый кусок простыни и вытирать так.

Второе казалось быстрее, правда, менее гигиеничнее. Но, несмотря на это, пришлось выбрать именно такой вариант, успокаивая себя тем, что для первого раза вполне нормально. Главное — перепеленать в чистое и сухое, чтобы кроха не замёрзла. К следующему разу я уже буду готова.

Но стоило разобраться с одной проблемой, как на смену ей пришла другая — малышка хотела есть.

Характерные движения маленького ротика в поисках груди, заставили запаниковать.

Малышка кряхтела, поворачивая головой из стороны в сторону, а я готова была разреветься повторно.

Чем можно накормить маленького ребёнка, у которого, похоже, только недавно отпала пуповина, судя по едва зажившей ранке? Явно не тем, что я купила в супермаркете.

Нужно найти бабуню, она наверняка знает, где разжиться козьим молоком или хотя бы подскажет, что делать. Вот только за всё это время я так и не удосужилась узнать, где та живёт.

Пожилая женщина приходила всегда сама, что в детстве, что сейчас. И это казалось само собой разумеющимся.

Даже в мыслях не возникало сходить к ней в гости. Хотя как любой ребёнок, я была любопытна и иногда спрашивала у деда, где её дом. Но в ответ всегда получала лукавую улыбку и множество отговорок. Старик умел заговаривать зубы, причём, как в прямом, так и в переносном смысле слова — мог убрать боль, а мог увести разговор в нужную ему сторону, да так ловко, что потом даже и не вспомнишь, с чего вообще тот начался.

Пока я металась по дому, думая как поступить, малышка начала возиться более интенсивно, изредка похныкивая, причём так жалобно, что хотелось выть от бессилия.

— Чего мечешься, как оглашенная? — старушечье ворчание, раздавшееся от двери, заставило подпрыгнуть на месте и развернуться так быстро, что едва не шлёпнулась от собственной прыти. — Грудь дай дитятке. Не видишь что ли? Вся кофта уже мокрая от молока.