Газетное бюро "Магическое шило"

— Мальчик мой, ну жена же не клоун! Она… кхм… для деторождения.

— Вот сейчас вы меня вообще убили. Представил себе этот «увлекательный» процесс.

Миссис Валлин надулась:

— Вот не надо при мне пошлостей! Вы, между прочим, мать своих будущих детей выбираете, а не подружку на ночь!

— В том-то и дело! Я — ничего не выбираю. Кандидатуры с завидной регулярностью предлагаете мне вы! — стараясь сдерживать раздражение, парировал Йохан.

— Но кто-то же должен озаботиться семейным благополучием, пока вы ловите врагов престола! Нельзя быть таким переборчивым: Агнес двадцать пять — она стара, Мишель — так некрасива, что даже лошади пугаются… Батильда же очаровательна и ей всего девятнадцать.

— О боже! Всего девятнадцать и она уже такая зануда?! Нет, мамá! Мое категорическое «нет»! И на сегодня все. У меня допрос через десять минут, а я даже дело еще не смотрел, — и Йохан демонстративно открыл папу и вперился в текст глазами.

Миссис Валлин недовольно встала:

— Такими темпами ты отошьешь всех невест в королевстве! — и она осуждающе поджала губы.

— Ничего, загляну в соседнее, — не поднимая глаз от бумаг, проговорил Йохан.

— Это ты не про эту ли ушлую простолюдинку?! — остолбенела миссис Валлин, в ужасе глядя на сына.

Герцог уже погрузился мыслями в материалы дела и не сразу сообразил, кого имеет в виду маман:

— Ты про Карделию? — секретарша была не аристократкой, но какое отношение она вообще имеет к вопросу?

— Про газетчицу, которую ты так внимательно провожал взглядом!

— Ну что вы выдумываете, мамá! Она просто проходит свидетельницей по делу.

Миссис Валлин фыркнула и с надменным видом покинула кабинет.

Йохан закрыл папку и положил голову на сложенные на столе руки. Про допрос он слукавил. Ничего кроме как ехать домой и отсыпаться в планах у герцога не было. И какая уж там Анита ушлая — прозрачная как стекло! Непонятно, чему их там в Садаахе учат! Не то, что щит против ментального проникновения не поставила, а даже не ощутила его вторжения.

Йохан, конечно, прокрался в мозг девушки крайне аккуратно. Просканировал желания и помыслы — в них не было абсолютно ничего противозаконного или аморального. Много стремления помогать людям, жить весело и счастливо, разве это преступление? Йохан бы даже сказал, что ее внутренняя сущность — на редкость приятное местечко: доброе, светлое, видящее радость в простых вещах и стремящееся поделиться ее с миром вокруг.