Последний жрец

Мне казалось, что мы несемся навстречу непроглядной тьме, которая вот-вот поглотит старенький «транспортер». Я попытался взять за руку Лу, как я всегда теперь делал, когда нервничал, но схватил лишь пустоту. Исчезла богиня, пропали пассажиры, и даже Илия видно не было. Я остался один в пустой маршуртке, которая неслась куда-то вперед, сквозь зимнюю тьму.

Когда предчувствие беды ввергло меня практически в панику, я проснулся. Сердце стучало в ребра, пытаясь разбить грудную клетку и вырваться наружу, в голове шумело.

Я пошарил в рюкзаке, выудил полторашку, в которую еще вчера набрал чистой воды, и сделал несколько жадных глотков. Голова была насквозь мокрая от пота, руки тряслись, но вода немного помогла.

Съехали мы из этого клоповника только на третий день, прожив все это время на осадном положении. На вторую ночь я спал с ножом в руках — слишком уж недобрые взгляды кидала на меня и Лу хозяйка заведения, плюс вечером, далеко после захода солнца, в общем зале внизу собирались разные мутные личности.

На третий день, совершив окончательный расчет, мы забрали свои вещи и отправились за Илием. Он нашел одну пожилую женщину, которая имела родню в Сердоне и сдавала комнаты в нижнем городе.

Встретила нас круглая толстая тетка лет за пятьдесят, которая держала небольшую пекарню на первом этаже своего жилища. Комнаты под сдачу — на втором. После омерзительного вида хозяйки трактира, наша новая домовладелица по имени Ринта просто радовала глаз. Чистая, опрятная, пекарша лучилась силой и здоровьем при всем ее лишнем весе.

Дела у Ринты шли неплохо — судя по нескольким покупателям в зале, ее выпечка пользовалась спросом.

В случае этой квартиры моя чистоплотность сыграла нам на руку. Когда Илий по моей просьбе расспрашивал про баню, бочку, попросил показать отхожее место во дворе и вообще, всячески интересовался санитарным состоянием дома, хозяйка только диву давалась. В итоге старику пришлось признаться, что с ним путешествует нервный счетовод, который очень боится грязи и вообще с придурью.

Но у счетовода есть рекомендации от сердонского головы и вообще, мы приличные люди.

Ринта заинтриговалась рассказами жреца о странном счетоводе, который если бы мог — содрал бы с себя речным песком шкуру при мытье, да и, строго говоря, чистые и опрятные квартиранты были женщине на руку. Она торговала едой, и непрезентабельный вид постояльцев мог помешать ее маленькому бизнесу.