Последний жрец

В Сердон мы шли по простой причине: это был ближайший населенный пункт, до которого можно было добраться пешком сравнительно быстро и безопасно. Места тут глухие, дорога ныряла в рощи и также стремительно выходила к бескрайним полям и лугам, а прямо перед нами, где-то вдалеке, виднелись вершины Восточного Хребта.

Сейчас я шагал, изнывая от жары в ногах — на улице было градусов двадцать и немного припекало майское, как я полагаю, солнышко — так что в своих зимних ботинках я чувствовал себя не слишком комфортно. Почти сразу же пришлось отказаться от носков, которые теперь томились где-то на дне рюкзака, придавленные курткой, а рабочую рубашку я без зазрений совести пустил на портянки.

Потому что если я натру мозоли и не смогу идти вслед за нашим предводителем, богиней Лу, она меня самым буквальным образом придушит.

При мыслях об удушении я поморщился и невольно потянулся к шее, где разместился мой невидимый, но весьма ощущаемый в моменты гнева и раздражительности Лу, рабский ошейник с ментальным поводком.

Старик Илий краем глаза заметил мой жест, но ничего не сказал, только раздражительно поджал губы и поправил котомку на плече. В чем-то я мог его понять, но уж обеспечивать этому склочному алкашу комфортное путешествие не собирался. Я еще раз демонстративно погладил шею, будто в поисках невидимой застежки, после чего память рывком вернула меня в мое первое утро на новом месте...

Я долго не приходил в сознание. Казалось, что я лежу в своей постели, в законный выходной, и никуда, совершенно никуда не собираюсь выходить.

Мне было спокойно, тепло и уютно.

— Госпожа… Может он того… Помер ваш герой? — голос бы смутно знаком, но я только внутренне поморщился, пытаясь нырнуть глубже в сон.

— Илий, сходи к ручью, возьми воды. — второй голос был молодой и звонкий, с надменными нотками, как у моей одногруппницы Ани Кузнецовой, у которой отец был то ли помощником депутата, то ли еще каким бандитом.

Эти слова не вызвали у меня никаких подозрений и я уже почти было обратно уснул, нежась в своей теплой постельке, как кто-то окатил меня холодной водой.

Дыхание перехватило, я попытался резко встать и сразу же понял, что лежу на земле, в чистом поле, а передо мной стоит памятная студентка-ролевичка и алкаш-извращенец, который по ее команде и окатил меня водой из небольшого походного котелка.

В следующую секунду голову разорвало от острой боли в затылке. Я пощупал его и понял, что, скорее всего, очень хорошо обо что-то приложился и потерял сознание.