Академия контролируемой магии

— От зелья меня закрыл Рик, — вспомнив о приличиях, я некрасиво сползла с его коленей и подтянула повыше одеяло, — но после нападения остались несколько царапин.

— Эти? — Я не успела понять, о чём он. Ориан коснулся тыльной стороны моей руки, удерживающей одеяло, и вместо неприятного дёрганья по коже заструилось мягкое тепло.

— Ты ведь не лекарь! — Его позабавил мой поражённый выдох.

Ещё бы! Пусть лечить других проще, чем себя, но такого уровня мне не достичь и к старости.

— Когда лежишь в лесу, один, слыша топот фаркасов, вспоминаешь многое, — улыбнулся Ориан.

— И очень быстро учишься.

— Но они ведь идут на кровь...

— Да, — подтвердил он. — Поэтому умение себя лечить было одним из главных критериев выживаемости. — Выпустив мою правую руку, он взял левую и также легко её вылечил. — Ещё раны есть?

— Нет, — мгновенно забыв про ссадины на коленях и длинную глубокую рану на бедре, улыбнулась я.

Вместе с успокоительным, из запасов герцогини Шалинберг — мамы Рика, Мардж принесла мне длинную светлую ночную рубашку.

Лёгкую, приятную к телу и очень красивую. Жаль только, что привезённый из Миерии лён не отличался особой плотностью, а широкое, плетёное вручную, кружево только добавляло прозрачности силуэту. Если бы я задумалась о том, что Ориан приедет, легла бы в домашнем платье. Тоже из гардероба леди Олиены.

— Лея, — не сдвинувшись с места, насмешливо протянул Ориан, но я всё равно подтянула одеяло повыше.

— Со мной всё в порядке.

— Тогда почему здесь пахнет вытяжкой Миалиса? Ей не обрабатывают царапины.

Мне страшно представить, что ещё может знать этот мужчина! Потому что даже я не знала, каким именно обезболивающим Мардж обработала рассечённую на бедре кожу перед тем, как зашить рану.

— Я не зельевар, не лекарь и понятия не имею, о чём идёт речь.

— Ты меня боишься? — прямо спросил Ориан, и я не смогла солгать.

— Нет. — Обречённо выдохнув, я откинула одеяло.

Не став ничего говорить, Ориан коснулся моей лодыжки.

Мы оба понимали, что для лечения его ладони необязательно поглаживающим движением подниматься до колена, попутно сдвигая ночную рубашку, но.

.. Ориан продолжал меня изучать, а я не отрывала взгляда от сцепленных ладоней, не позволяя дыханию сбиться, а пальцам задрожать. Когда обе коленки оказались вылеченными, я нервно одёрнула подол.

— Страшно было? — откровенно подначил меня он.

— Нет, просто... — Не выдержав напряжения, я вскочила, задела бедром спинку стоящего рядом стула и охнула. Похоже, действие обезболивающего закончилось.