Жена на замену

Портал куда лучше открывать?

Растерянно ответила вслух:

— В центральный холл, наверное…

Рэй покачал головой:

— Готов поспорить, это Лейе и мыслесообщение. Не нужно говорить вслух, подумай ответ.

Я послушно повторила уже мысленно, и Рэй, не говоря ни слова больше, взял меня за руку и повёл в главный зал, куда, как нам казалось, вывалится из портала моя родная мать вместе с отцом. Там они и оказались, только Лейе была очень растрёпанной и сердитой, а отец — даже не связан, а перемотан, словно муха в паучий кокон.

У него и рот был залеплен чем-то вроде паутины, и я на мгновение просто замерла. Но в конце концов сказала:

— Что ты творишь, выпусти его из этого… паучьего кокона! Он уже никуда отсюда не денется!

— Вот ритуал проведу, чтобы не врал напропалую, тогда может и сниму, — покачала головой Лейе. — Очень уж ему не понравилось, когда я показалась в поместьишке его, — она неприятно улыбнулась, и стряхнула отца на ковёр, как мешок со старым тряпьём.

Глава 34.4

Я покачала головой:

— Я понимаю, что ты на него очень зла.

Есть за что. Но это в первую очередь мой папа, будь добра, сними это с него!

Лейе, конечно, не послушала:

— Ну да, я сейчас чары сниму, а он давай орать, внимание привлекать, справедливости требовать. Нет уж! Есть у вас подвал какой-нибудь? Вот если туда приведёте, так и быть, расколдую подлеца.

Я только вздохнула. Спорить с ней не было никакого смысла, проще было отвести, куда просит. Рэй пришёл к точно такому же выводу, поэтому мы, не сговариваясь, отвели Лейе, леветирующую перед собой кокон с отцом, в небольшой подвал поместья.

Вообще он выполнял больше роль кладовки, и чаще всего здесь можно было найти Йонну, а никак не нас двоих, но что ж я сделаю, если другого подвала у нас для Лейе просто нет.

Придётся устраивать допрос в кладовке. Я не сомневалась, что именно допросом их сомнительное общение и будет. Лейе выглядела воинственно, а на её лице застыла жёсткая усмешка, которая выдавала, насколько она на самом деле играет взбалмошную дурочку.

Так смотрят только те, кто уже убивал. Более того: это выражение глаз одновременно напоминало мне и наставницу, и Стефана, только не пугало.

Я чувствовала, что мне она вреда не причинит. А вот отцу… только если я не дам ей его причинить. Это пока она не вошла во вкус, и просто иногда пинала его по рёбрам, или «случайно» врезалась его замотанным в паутину телом, а если ей волю дать… не хотелось бы мне знать, что она делала бы, не будь я рядом.