Жена на замену

«Тётушка» посмотрела куда-то мимо него, и снова не стала ничего отвечать. Только потёрла горло, опасливо скосившись на Рэя. Кажется, магии она банально боялась, поэтому в том числе и так злилась на меня. Измены отца были не единственной причиной. Да и он сам… в нём едва теплилась искра. Свой дар я унаследовала от родной мамы, кем бы она ни была.

И всё же, Белинда явно не собиралась ни просить прощения, ни пытаться получить какие-то послабления. Потому что на попытки Главного Дознавателя уточнить что-либо на мой счёт, она продолжала молчать.

Дарэ Рангтгмарк вновь переключился на вопросы ко мне.

— Скажите, даэ Геллерхольц, на ваш взгляд, испытывала ли ваша мачеха какую-то неприязнь к представителям других рас? В чём это выражалось?

Я даже рассмеялась. Ты же только что слышал, как она любит всех, кто не человек!

— Неприязнь? Ненависть — более точное слово, — ответила мрачно. — Она много раз повторяла и мне, и своим родным дочерям, что все нелюди — лишь опасные зверушки, которых нужно брать под контроль.

Я сама до замужества панически боялась драконов, хотя не была знакома ни с одним представителем этой достойной расы. Я не знаю, чем они ей так не угодили, но эту ненависть помню хорошо.

— У меня больше нет вопросов, — наконец, освободил меня он. — Ваше Высочество? Дарэ Бальтазар?

Оба отрицательно кивнули, и Его Высочество сказал:

— Благодарю вас за честные и подробные ответы, даэ Геллерхольц. Вы можете вернуться на своё место. У суда больше нет к вам вопросов, — произнося слово «нет» принц говорил с нажимом, и смотрел при этом поочередно то на дарэ Рангтгмарка, то на Чезаре.

Обоих, кажется, не слишком беспокоили эти взгляды, но они кивнули, подтверждая слова своего сюзерена.

Глава 31.5

Я вернулась на своё место, так и не отпустив руку Рэя. Хотелось рухнуть на своё место и больше никуда не смотреть, и ничего не слушать. Но я по-прежнему чувствовала на себе пристальный взгляд дорогой, обожаемой «матушки», поэтому держала спину ровной, а голову высоко поднятой.

И села медленно, насколько могла спокойно. Впрочем, по-прежнему цепляясь за ладонь мужа. Не знаю, как бы я всё это вынесла, если бы не его помощь.

Правда, такой человек как Рэйнер фир Геллерхольц и не мог бы меня здесь бросить, но это же не повод быть неблагодарной? Жаль, конечно, что он всё это делает не из искренней любви, но полюбить кого-то силой воли попросту невозможно. Уверена, иначе он бы попробовал.