Мама для Совенка. Часть первая

Оба родных человека боролись внутри нее друг с другом.

Она не могла уйти, не могла остаться. Господи, как больно делать выбор. Сердце колотилось, норовя выскочить наружу. Мир застилали слезы. Юля заметалась от порога и обратно. Боль жгла в каждой клетке тела, силы таяли, еще немного и она упадет. «Это конец», — мелькнула мысль.

— Тише.

Юля дернулась, высвобождаясь из объятий, но ее поймали, крепко прижали к груди.

— Куда собралась, глупая?

Она ударила его локтем, потом кулаком, но державший ее мужчина не подумал отстраниться.

— Успокойся, все будет хорошо.

— Неужели?

Услышав голос Третьего, Юля притихла.

— И что будет хорошо? — спросил с сарказмом его высочество. — Я вижу доведенную до приступа ассару. И хочу услышать, как ты намерен это исправить.

Глава 10

— Я все исправлю, — упрямо повторил Фильярг, крепче прижимая Юлю к груди.

— Раньше надо было выяснять, есть у нее значимый человек, способный уравновесить влияние Шестого, или нет.

— Сам вижу, — процедил Четвертый, — потому и настроил браслет не только на защиту. Но я проверял — она жила одна: ни детей, ни мужчины. Из обязательств, которые упоминались, только работа, но никакое дело не пересилит влияние Альгара. А семья... Скажи, разве нормальная семья позволит женщине жить одной? У нее точно никого не было.

— Уверен? — вскинул брови Харт. — Мне вот кажется, нам не доверяли и потому не делились сведениями.

— Идиотский мир. — Фильярг выругался. Он поднял Юлю на руки, отнес на диван. Озабоченно положил ладонь на левую грудь, выравнивая работу сердца.

Девушка прерывисто вздохнула и прикрыла глаза. После приступа накатила слабость, сил не осталось даже возразить и обозвать самих принцев идиотами. Нормальная у нее семья. И женщина не инвалид, чтобы нуждаться в присмотре и опеке.

— Кому-то надо взрослеть, братишка, и оценивать других не только со своей позиции. Уверен, нашей гостье тоже многое кажется странным. Так что ты намерен делать? Она вот-вот потеряет сознание.

Когда говорят, что ты потеряешь сознание, тяжело сопротивляться. Вот и Юля не стала. Расслабилась, отключаясь.

Очнулась она, точно вынырнув из проруби. Встрепенулась — не проспала ли? Юля открыла глаза, села, бросив взгляд на стоящие на комоде часы. Было пять утра.