Галевин. Роман в тринадцати любовных признаниях

– Да поймите вы, что двоеточие тут недопустимо, – я бросился в финальную атаку. – Если вы используете двоеточие, то меняете причинно-следственные связи. Вторая часть из следствия делается причиной. Это полностью меняет смысл высказывания…

– Перестаньте спорить, – отрезала кандидат наук. – Я вам уже пояснила ошибку.

Вкупе с отметкой, проставленной в зачётку, меня наградили устной характеристикой. В ней было одно слово: «Шовинист».

Мне стыдно. За шесть лет, отправившихся в мусорное ведро. Одни изучали строение генома человека.

Разбирали функциональные особенности нейромедиаторов. Узнавали, как спасти жизнь. Мы же заучивали списки редакторов и издателей, возглавлявших отечественные журналы полуторавековой давности. И слушали, как полезно и необходимо ходить в церковь по воскресеньям.

На четвёртом курсе мы сдавали предмет с длинным и труднопроизносимым названием. Оно было связано с актуальными проблемами мира. Деталей – не помню.

Зачёт никто не воспринимал серьёзно. Все болтали, спорили, флиртовали.

Нас одёрнули:

– Хватит шуметь! – сказала преподавательница. Высокая женщина, избегавшая пользоваться косметикой. Едва заметная хромота. На краю улыбки – отсутствующий зуб. Она продолжила: – Взрослые люди уже. Вы же не животные!

– Животные, – ответил я, – кто же ещё?

– Люди!

– Не вижу противоречия. Люди – это животные.

– Приберегите свои философские рассуждения для маленьких девочек, – она начинала злиться. – Им ваш нигилизм может понравиться.

– О чём вы? Биологически мы все – животные.

Мои философские воззрения здесь ни при чём.

– Юноша из тех, кто верит в эволюцию?

– Конечно нет! Верить можно лишь в то, что не имеет доказательной базы. В мифы, в бога, в здравомыслие и порядочность депутатов Госдумы… Эволюция же – научный факт.

– Это не факт. Это оскорбление и богохульство.

– Помнится, так же определяли и гелиоцентризм.

Она замолчала. Задумалась. Нервно прошлась по аудитории. Затем спросила:

– И не беспокоит, что вы происходите от обезьяны?

– Беспокоит или нет – к делу не относится.

Кроме того, происходить от обезьяны – это некорректное высказывание. Мы и есть обезьяны.

– Ещё лучше! Я уже не просто животное! Я теперь обезьяна! – она затряслась и перешла на крики. – Я доктор наук! Профессор! Не смейте называть меня шимпанзе.

– Я не говорил, что вы шимпанзе. Не каждая обезьяна – шимпанзе. Горилла не шимпанзе, но обезьяна…

– Замолчите! Не смейте равнять нас с мартышками. С этими вонючими зверюгами.