Сумерки

Существует легенда, будто знаменитый центрфорвард Серов однажды провел пару недель в той гостинице напротив и, рассорившись со своей поклонницей, швырнул с балкона бутсу – прямо через проспект. Спортивный снаряд пробил витрину насквозь и влетел в столовый зал. С этим преданием знакомит красивый стенд в вестибюле, здесь же под стеклянным колпаком обрел вечную стоянку вонючий ботинок – жуткого размера, кстати. Идиотизм и коммерческий успех, как известно из новой истории, близнецы-братья. В общем, местечко это было как раз по мне.

Я поежился от холодного ветра и торопливо толкнул крутящуюся дверь.

Было душно и весело. Большинство столиков оказались заняты. Стоял многоголосый гул, звенела посуда, из игрального автомата лилась мирная старомодная музыка. Я огляделся и подошел к столику, за которым одиноко сидел Лошак.

– Привет, мальчик, – сказал я ему.

Он нехотя поднял глаза. Глаза были задумчивыми. После некоторого размышления Лошак эхом откликнулся:

– Привет, Александр…

Видно, принял уже стаканчик-другой.

Что ж, надо догонять. Я подсел к нему и рявкнул в воздух:

– Эй, ну-ка сюда быстро!

Выскочил парень, обслуживающий столовый зал, побежал ко мне, мастерски виляя между столами. Да, заработанная им кликуха вполне соответствовала его деловым характеристикам.

– Ловкач, – сказал я ему, когда он, нисколько не запыхавшийся, вырос передо мной. – Дай-ка мне горячей.

– Пожалуйста, – сказал парень, живо снимая с подноса графин и стакан. – Добрый вечер, сударь, здравствуйте.

– И принеси что-нибудь пожрать.

– Секунду, – пообещал Ловкач и стартовал в обратном направлении. Поднос он держал на вытянутой вверх руке. Почему-то ничего не падало. Смотреть на этот акробатический этюд было страшно, и я повернулся к соседу по столу.

– Лошак, милый, – позвал я. – По какому праву ты здесь скучаешь? Ты знаешь, где находишься?

– А? – вдруг спохватился тот и стал бешено озираться. – Где я нахожусь?

– В «лучшем месте отдыха»! – возгласил я.

Плеснул себе в стакан, залпом выпил, и мне стало жарко.

Тогда я надолго присосался к горлышку графина. Стало еще жарче. Стало так хорошо, что я заорал и метнул пустую стекляшку в подбегавшего официанта. Ловкач красиво поймал мой пас, принялся ставить на стол тарелки со жратвой, и я прекратил баловаться – рыча, обрушился на еду. Парень попытался подсунуть мне вилку, но я расхохотался и согнул ее посередине. Потом он куда-то исчез, а передо мной оказался новый графин.