Тьма

– Няня, сегодня мне на твоем кресле чай пить! – вдруг отзывается Соня. – Катя вчера сидела.

– Тебе, тебе. Помолись Богу и иди.

– А я завтра сяду на кресло, – говорит Катя, завистливо косясь на нянино кресло и усаживаясь на простом стуле. Они обе уже года два садятся поутру на это кресло по очереди, и все главные ссоры происходят из-за него, так что няня грозится, что никого никогда не посадит на свое кресло, а всегда будет сама на нем чай пить. Но сестры знают, что няня этого не сделает. Няня только на словах – строгая.

Глава 3

В коридоре слышен звонок. Девочки встрепенулись и бегут к матери в спальню; Ваня тихо идет за ними, но останавливается в зале. Папа встречает его.

– Здравствуй, Jean. Поздравляю. Что ж, рад, что в гимназию не пошел?

– Нет, мне все равно. Я бы и пошел.

– К чему же врешь? Вижу, что радехонек. Ты, брат, не из прилежных. Похвастаться нечем; ничем не взял, одним лицом разве, да и то бледный всегда. Федя где?

– В гимназии.

– Вот как! Его какая муха укусила?

Папа насвистывает что-то про себя и уходит, не дожидаясь ответа.

– «Скоро ли Федя придет? – думает он – отчего это я няню и Федю люблю больше, чем папу и маму. Ведь это грех! Да!»

Скоро мама выходит и, поздравив и поцеловав один раз Ваню в лоб, усаживается на диванчике с ногами, и тяжело опускается на шелковую подушку. Она всегда слабая, больная, но доктора к ней не ездят и ее не лечат.

– Тише, не шумите, – говорит она. – Вы меня оглушили. Катя! ты совсем мужичка. Не висни так, ты мне все платье измяла. Надо вам гувернантку, а то вы совсем мужичками растете.

Входит папа и несет книжки в красных переплетах.

– На вот тебе, баловень! Ты! Гусь! Держи же!

Ваня молча берет книжки и глядит в сторону. Он боится, что сейчас его разбранят.

– Что же ты не благодаришь? – говорит мама по-французски.

– Merci, – тихо отзывается Ваня, и целует папу, потом маму.

– Да они тебе не нравятся?

– Нет, нравятся.

– Так что же ты насупился-то, губы надул?

Ваня молчит. Он не знает, что сказать, потому, что вовсе не насупился, а ему, так, грустно от чего-то.

– Удивительный мальчик! – недовольно говорит мама. – Ничем не угодишь. Отец хлопотал, вчера нарочно в магазин ездил…

Ваня опустил глаза в землю и молчит, только руки его тихонько дрожат.