Мемуары цифровых святых

Этот же вряд ли умнее, чем калькулятор, так что мой английский уход не возымеет никаких последствий, даже самых микроскопических, кроме небольшой толики радости в моей душе, – отомстил за плевок.

Игроки на моем пути шумно обменивались впечатлениями от цифрового мира. Восторженных ахов и вздохов было предостаточно. Я с ветеранским снисхождением скользил по ним взглядом. Некоторые собирались в кучки и договаривались о создании групп всеобъемлющей взаимопомощи и любви до гроба. Вот наивные! Уже сегодня к вечеру многие из них станут лютыми конкурентами.

Ко мне тоже проявляли интерес подобные любители союзов, но я целенаправленно шел к единственной уцелевшей крепостной стене, сознательно избегая приближаться к игрокам, поэтому они быстренько отваливали. Только одна настырная особа заставила меня обратить на нее внимание…

– Эй, подожди, Грац! – прозвучал звонкий девичий голосок.

Можно было с каменной рожей продолжить путь, но любопытство пересилило.

– Привет, я Элли, – проговорила ну очень молоденькая девчушка, которая была триста восемьдесят седьмой Элли в Утопии, о чем говорили цифры возле ее ника.

– И каким ураганом тебя сюда занесло? Так же, как и предыдущие три с половиной сотни? Гингем и Бастинд на всех хватит? – произнес я, скрывая улыбку.

Девчушка никак не отреагировала на шпильку или же не поняла ее.

– Как лучше распределить характеристики у ведьмы?

– Магией Тьмы решила побаловаться? Гайды тебе в помощь, будущий могучий варлок.

Я сделал шаг, чтобы продолжить путь, но Элли не сдавалась. Она схватила меня за руку и подпустила слез в голос:

– Ну, пожалуйста, здесь все такие злые, не будь ты таким.

– Тебе восемнадцать-то есть? – с сомнением спросил я.

– Есть! – с вызовом ответила она. Ну, систему не обманешь, значит, действительно, совершеннолетняя, что подразумевает наличие ума.

– А чем обусловлен выбор такого метиса? Кстати, какой расы твои цифровые родители?

– Дроу и орчанка, – как мне показалось, смущенно ответила Элли. – Экзотики захотела.

– Дрочанка? – глупо хохотнул я. – Извини, извини! Дроу говоришь? Значит, мы можем быть с тобой сводными братом и сестрой. А клыки ничего у тебя такие, милые.