Куда уходит кумуткан. Брат мой Бзоу

И Максиму казалось, что поблизости другие шаманы бьют в кожаные бубны, звенят колокольчиками, выплясывают в пёстрых нарядах. Комната Аюны превращалась в степную юрту, ветер шероховатым языком вылизывал её стены, снаружи завывали волки.

Максим невольно опускал взгляд на правую руку Жигжита. На ней красовалась родовая шаманская отметка, она выглядела устрашающе, в отличие от его – пацанской. Большой палец Жигжита был раздвоен. Из него будто вырос ещё один палец – со своим суставом и ногтем. Максима пугало такое уродство, однако он не мог от него оторваться, старался получше разглядеть и слушал о предке Аюны – иссиня-чёрном быке Буханойбне, о том, как его рога поднялись на небо и стали месяцем, о том, как на земле появились первые шаманы, и, конечно, о детстве самого Жигжита.

Карниз в комнате был украшен разноцветными ленточками. По углам висели переплетённые конским волосом черепа сусликов. У стены стоял деревянный сундучок, перетянутый красными, жёлтыми и синими кожаными полосками. В сундучке Аюна хранила подарки отца и строго-настрого запрещала Максиму туда заглядывать.

Он и не думал нарушить её запрет. Боялся, что из-под крышки на него ринутся полчища саранчи, тараканов или каких-нибудь шаманских жуков. Там лежало и ширэ, подаренное Аюне на Новый год.

Изголовья кроватей, спинки стульев и столешница единственного стола были разрисованы путаными узорами, больше похожими на лабиринт, по которому блуждают люди, кони и овцы. На двери висело пятнистое полотно, обшитое перьями филина.

Аюна говорила, что оно охраняет их детскую от ады.

– Когда умирает ребёнок, его душа очень недовольна, – ночью рассказывала Аюна. Они с Максимом прятались в её кровати под одеялом, говорили шёпотом. – Она знает, что могла бы долго жить и радоваться, а тут умерла. Поэтому злится. Злость отяжеляет, не даёт улететь в страну гроз. Душа такого ребёнка остаётся на земле и превращается в аду. Она ищет других детей и мучает их, потому что завидует. Не даёт им спать, нагоняет кошмары и подбадривает, если ты задумал что-то плохое.

А может и подтолкнуть, если ты встанешь на самый край крыши или балкона. Ада очень плохая. Перья филина охраняют от неё.

Перед сном Аюна громко хлопала дверью. Это отпугивает аду – она видит, что перья вздрогнули, и думает, что прилетел настоящий филин. Пугается, прячется на кухне, за мусорным ведром. Сидит там всю ночь вместе с тараканами. Поначалу такие хлопки пугали не только аду, но и маму Максима. Со временем она привыкла.