Одаренный. Третий шаг

Раздался громкий треск ткани. И в руке нелюдя остался клок футболки.

Я ошарашенно уставился на него. В его глазах вспыхнуло разочарование, а гримаса из мстительной превратилась в плаксивую. Он метнулся в дальний угол камеры, сжался в комок и задрожал всем телом. Заключённый явно ждал наказания за свой поступок.

Но инквизитор внезапно разразился каркающим смехом и выдавил:

– Теперь ты понял, Матвей, что им верить нельзя? Думаешь псевдо-«травоядный» хотел на память клочок твоей футболки? Стоит только повернуться к ним спиной.

И они вцепятся в твою шею. Это их природа. Они всегда будут следовать ей.

– Но я не могу вот так просто взять и выпить кровь, – пробормотал я, опустив голову.

– Пока ты здесь сопли жуёшь, очередной вампир пьёт кровь маленькой остроухой девочки или мальчика… Они любят детей, – процедил инквизитор, приблизив рот к моему уху. Я чувствовал его тяжёлое дыхание на своей мочке.

Константин похлопал меня по плечу и взвинченной походкой двинулся к выходу. И он сознательно шёл гораздо быстрее, чем обычно, словно хотел отделаться от меня.

Я хмуро посмотрел ему в по-военному прямую спину и медленно поковылял следом. В моей голове сражался рационализм и отвращение к безжалостному убийству заключённых, пусть они и твари со стажем.

Между тем я уже почти подошёл к  двери, за которой скрылся инквизитор, но внезапно раздался странно знакомый голос:

– Ангел постой.

Я вскинул брови от удивления и обернулся. По ту сторону решётки камеры стоял худющий эльф с буквой «В» на робе.

Его длинные седые волосы оказались грязными, спутанными и закрывали часть высохшего, морщинистого лица с бледными губами. А единственный мутно-голубой глаз пылал внутренней силой. На месте же другого – зиял чёрный провал, покрытый сукровицей.

– Мы знакомы? – проронил я, рассматривая остроухого.

– Короткая же у тебя память, – насмешливо выдал он. И снова мне его голос показался знакомым.

– А-арам? – неуверенно протянул я, вопросительно изогнув бровь.

– Я польщён, что вы всё-таки узнали меня, – саркастично выдал старик и изобразил насмешливый поклон.

– Хорош кривляться, – пробурчал я, заметив отсутствие ногтей на его левой руке. Мда… вряд ли он так сильно увлёкся тем, что грыз их. Похоже, инквизиторы пытали его. Он явно многое может рассказать.

– А помните ли вы, как я спас вас? – вполне серьёзно спросил вампир и склонил голову к плечу. Он стал напоминать серую неопрятную птицу.

– Будете взывать к моей совести? Не получится.