Избранник смерти

Свет фонаря скользнул по брёвнам приблизившейся церкви и сорвал покров мрака с уродливых наростов и жёлтых плесневелых пятен, похожих на трупные. Они не вызвали у меня никаких эмоций. Я спокойно взошёл на останки крыльца и потянул на себя дверь, висящую на одной петле. Раздался жуткий скрип, ударивший по барабанным перепонкам.

– Гыгык, – издал нервный смешок Мишка.

– Не гыгыкай, а то тут всё рухнет, – предупредил я его и посветил фонарём внутрь церкви.

Пятно света пробежало по гнилым листьям и влажно поблескивающей грязи, а затем облизало забитые досками боковые окна и натолкнулось на алтарь, стоящий у дальней стены.

К нему вели две цепочки следов, намекая на то, что кто-то тут уже побывал и всё закончилось для него благополучно.

Однако стоило мне войти внутрь, как под ногами опасно заскрипел пол.

– Иди чуть позади меня, чтобы не создавать большую нагрузку на доски, – приказал я Ежову и осторожно двинулся дальше, косясь на свисающую с потолочных балок паутину. Она вяло колыхалась, словно в такт нашим чавкающим шагам.

А в проникающих сквозь дыры в кровле лучах лунного света танцевали пылинки. Алтарь же становился всё ближе и ближе. Мишка уже начал вытаскивать телефон, громко вдыхая тяжёлый воздух, пропитанный запахами перегноя, старого дерева и чернозёма. И тут вдруг под моими ногами раздался громкий треск, от которого мы с Мишкой мгновенно замерли. Моё сердце на миг остановилось, но потом снова продолжило свой бег.

– Ежов, не двигайся, если не хочешь поесть кутьи, – одними губами произнёс я, почувствовав бодрящий всплеск адреналина.

Парень заторможенно кивнул, уставившись перепуганными глазами на половые доски. А те вроде бы не торопились полностью ломаться. Может, всё обойдётся?

Однако в ситуацию, будто в дешёвом фильме, неожиданно вмешалась третья сила. В окно с громким карканьем влетел крупный ворон, принявшийся носиться по церкви.

– А-а-а! – тоненько завизжал Мишка и ринулся к двери.

– Стой! – завопил я, но мой крик потонул в душераздирающем треске древесины.

Пол провалился подо мной, и я ухнул во мрак. Но в последний момент мне удалось взмахнуть рукой и ухватиться за край половой доски. Моё тело закачалось над тьмой. Правда, уже через секунду конец доски, будто гнилой картон, в труху рассыпался под моими пальцами. И я полетел-таки в темноту, чувствуя сковавший тело ледяной страх.

Внизу меня ждало что-то каменно-твёрдое. От удара спину обожгло дикой болью, а из грудной клетки с шумом вылетел весь воздух.