Избранник смерти

– Да не трясись ты так, будто из окна сейчас упырь выскочит и обглодает тебя до самых костей. Нет там никого, кроме мышей да белок. И то, насчёт белок не уверен. А вот мыши там точно есть: большие, серые и голодные. Вот они-то тобой закусить могут.

– Знаешь, Андрей, твоя ирония неуместна. Это из уютной петербургской квартиры не верится во всякую чушь, а вот ночью в глухом лесу перед заброшенной церковью потусторонняя чертовщина уже не кажется выдумкой. Откуда тут вообще церковь? Кто её построил? Бобры?

– Наверное староверы где-то неподалёку жили, – предположил я.

 – Ну что, пошли спасать твою девичью честь или так и будем дышать свежим воздухом? Если не сделаешь фотку, то завтра тебя все засмеют. Так репутация и теряется.

– Постой. Дай собраться с духом, – умоляюще проговорил побледневший Ежов и доверительно признался: – Страшновато мне. Это ты всегда каким-то непробиваемым был, а уж после того, как у тебя сестра в том году погибла, так и вовсе будто жизнь ценить перестал.

У тебя даже взгляд изменился: стал тяжёлым, мрачным. Иногда как зыркнешь на кого-нибудь, так человек аж бледнеет, – горячо прострекотал Мишка и вдруг спохватился: – Ой, наверное, я лишнего наговорил! Извини, Андрей. Это я со страху всякую чушь молочу.

Внутри меня всё заледенело, а перед глазами, как наяву, встала искорёженная машина. Не успел, не уберёг. Смерть младшей сестры стала для меня страшным ударом. Родители же ушли ещё раньше: мать от рака, а отец от инсульта.

– Андрей, ты чего молчишь? Ты же не обиделся? – спросил парень, растянув губы в заискивающей улыбке.

– Нет. Пошли, а то завтра вставать рано.

– Пошли. Только выпью для храбрости.

Ежов воровато вытащил из спецовки помятую алюминиевую фляжку, подрагивающими пальцами скрутил крышку и сделал несколько глотков, а потом весь сморщился и торопливо занюхал рукавом.

– Ух-х-х какая ядрёная штука, – мучительно протянул он, смахнув выступившую слезу. – Спирт с какими-то травами.

– Где добыл? – с любопытством спросил я, взяв тару из руки паренька.

– Денис откуда-то целую полторашку припёр. Только я тебе ничего не говорил.

Я кивнул и отправил в рот порцию огненной воды. Она скользнула по пищеводу, осела в желудке и оставила после себя терпкое послевкусие. Да-а, хорошая штука. Даже у меня чуть слезу не выбила. Но я сдержался и решительно двинулся к церкви, ступая берцами по высокой траве. Ежов нехотя поплёлся за мной.