Игра наяву

Мы поздоровались, и он весело сказал:

– Собака у тебя какая-то мордоляпая.

– Ну какая есть, – философски произнес я и сел рядом с ним на ящик.

– Как дела? – любопытно спросил словоохотливый дед. – Слушок идет, что ты за город ночью ходил.

– Было дело, – ответил я и вкратце пересказал ему перипетии этой вылазки, догадываясь, что слушок пустила Мила.

– Повезло вам, повезло. Совсем без потерь, если не считать ботинок, – усмехнувшись в бороду, оценил дед, покивав седой головой. – Хороший у тебя Талант, нечета многим.

Развивай его, не ленись. А то молодежь нынче совсем ленивая пошла… Вот в наши-то годы по-другому все было… Мы и от чудищ оборонялись, и город строили, и учились всякому…

– Слушай, Максимыч, а ты никогда эльфов не встречал? – проговорил я, наблюдая за Громом, который увлеченно обнюхивал угол дома.

– Однажды видал, – изумил он меня. – Лет восемьдесят тому назад. Красивый, собака. На тебя похож. Мы его тогда в яме сожгли.

– Весело, однако, вы жили, – сдавленно крякнул я, покосившись на него.

 – Вы его хоть допросили?

– Некогда было. Я же говорю: от чудищ отбивались, город строили, учились всякому разному… – недовольно проскрипел дед, словно решил, что я его не внимательно слушаю. – Да и язык его никто не понимал. Чего он там щебечет? Вот и отправился к своей почившей родне.

Я серьезно спросил, недовольно глядя на деда:

– Разве нельзя было попробовать обучить его нашему языку?

– Да кто им бы занимался? Мы ж тогда считали, что если не человек, то обязательно враг, – ответил он, степенно погладив бороду.

 – Раньше же на планете эльфов не водилось, а значится, пришлый он – цифровой. А добра от таких не жди. Вот и сейчас за город нос покажешь и считай, что его мобы отгрызли. Их ведь тоже отродясь в мире не было.

– А потом, после эльфа, встречал еще каких-нибудь человекоподобных разумных? – с жадностью проговорил я, заглядывая в светлые, выцветшие глаза Максимыча.

– Нет, – твердо сказал он, пожевав бледные губы. – Людей-то мало: один город, да несколько деревень вокруг. Мы так ни с кем на связь и не вышли: и радиоволны пробовали, и еще как-то умельцы пытались, но везде молчок. А ты о каких-то других разумных лепечешь.

И все же они были. Я тому свидетельство. Никто в городе не знал о том, что я только на три четверти человек, а я хранил этот секрет пуще зеницы ока. Тьфу, блин, как Максимыч заговорил.