Калининградский сувенир

Все-таки умеет мой напарник получать удовольствие от жизни, причем здесь и сейчас, не откладывая на потом. Я покурил, благо у Костяна в квартире на это не было никаких ограничений, сходил в душ и с удовольствием постоял под струями холодной воды. Выпил я немного, но нервяк так и не отпускал, поэтому мне хотелось быть абсолютно трезвым.

Мирон храпел, как стая тигров, обожравшаяся антилопами. Я закрыл глаза и подумал о Светке. Как они там, интересно? Степан еще жив или он уже попал под влияние моей маленькой красотки.

Я так и не понял, успел я уснуть или нет, но возвращение в реальность оказалось не очень приятным.

Кто-то настойчиво дергал меня за ногу, а второй тряс за руку и орал в самое ухо:

– Животное, просыпайся! Подъем, животное!

Глава 6

– Эй, какого черта?!! – возмутился я столь непочтительному отношению к себе. Я, в принципе, не очень люблю, когда меня будят буквально через пару часов после того, как я уснул, а тут еще прибавьте поздний час засыпания, алкоголь.

Но открыв глаза, я понял, что возмущаться рановато или наоборот поздновато. Сначала надо элементарно разобраться в происходящем.

В комнате был включён верхний свет, и большая люстра ярко освещала всё пространство. К моему удивлению, разбудили только меня, Мирон продолжал спокойно похрапывать, как будто ровным счётом ничего не происходило. В первый момент я даже подумал, что всё мне снится, но непрекращающиеся дергания ноги быстро убедили меня в обратном.

Прямо передо мной в воздухе висели два призрака, одетых в какие-то старомодные наряды для аристократов. Нет, может быть, конечно, это было что-то другое, но мне всегда казалось, что в камзолах и обтягивающих штанах ходят исключительно представители дворянских семейств. Ну, знаете, какие-нибудь там графы или бароны… Возможно, даже князи, но я не настолько близко знаком с этим слоем общества, поэтому утверждать совсем точно не берусь.

Этим двоим не хватало только огромной шляпы, желательно с перьями.

То, что передо мной именно призраки, тоже становилось понятно с первого взгляда. Все остальные существа, даже нежить, не имеет привычки просвечивать, переливаясь голубоватым оттенком.