Завтрашнее вчера

 – Объясни-ка мне вот что: почему как море, так ты обязательно везде юзаешь этот свой синий, как авиаперёлеты – так опять его же?! Тебя самого-то шаблонные решения не запикали? А ведь есть же, между прочим, специальный цвет морской волны. Зеленоватый такой.

– Кстати, да, есть такой, – деловито подхватываю я, – отличная мысль!

Ещё бы она было не отличная. Это ведь именно я уже пик знает сколько времени надоедаю начальству рассказами о том, сколь унылы и неактуальны синий и голубой, и как свежо и натурально смотрелись бы цвет морской волны и лазоревый.

Но напоминать Владу о том, кто реальный автор идеи, ни к чему. Он и сам всё прекрасно помнит. И не забудет в конце квартала, когда придет пора начислять бонусы.

Теперь Владу полагается ещё немного побухтеть: «Должность дизайнера занимаешь ты, а не я, и креатив входит в число твоих обязанностей, а в мои планы не входит весь остаток жизни вкалывать за себя, за тебя и за того парня». Но вместо этого Влад добавляет голосом, не выражающим абсолютно никаких эмоций:

– И вот ещё что.

Босс вчера проглядел эскизы, в целом ему понравилось. Но высказал пожелание: на пустынном морском берегу обязательно должны быть сухие водоросли.

Пожелания босса не обсуждаются и, тем более, не игнорируются. Приказы – сколько угодно, но не пожелания. Можно, конечно, предположить, что ему просто захотелось в очередной раз блеснуть эрудицией (в прошлой жизни босс был университетским профессором), но только не вслух.

– Водоросли, так водоросли. Больше ничего?

– Пока всё.

До скорого.

Последняя реплика вовсе не означает, что я остаюсь в одиночестве. Во-первых, Влад имеет возможность, отключив голосовую связь, пронаблюдать за исполнением полученных мной указаний. Более того, он просто обязан это сделать – но почти наверняка поленится. Ведь мы работает вместе уже целую жизнь, и подлинно доверяем друг другу. А если всё-таки не поленится, то я всё равно никогда об этом не узнаю. А во-вторых…

Я откидываюсь в кресле и произношу задумчиво, как бы в пространство:

– А не пойти ли покурить?.

.

– А пойти! – с готовностью отзывается голос в моём левом ухе.

Я отправляюсь в конец коридора. В бизнес-центре курить запрещено, поэтому здесь нет курительных комнат. Поэтому все курильщики дымят в туалетах. Некурящие терпят: а что они могут поделать? Потребовать запретить курение? Так оно и так уже запрещено.

Кир уже здесь. Он всегда приходит чуть раньше меня – видимо, его кабинет располагается где-то по соседству.