Короли преступного мира

На столе, покрытом клеенкой, переносной затертый магнитофон в таких же наклейках, справа, у стены – вереница матрасов, с прожженным одеялом. В углу гири, штанга, даже что-то наподобие турника.

– Что, нравится? – бросил рыжий в спортивном костюме. – Детдом – дыра. Будете с нами мотаться. Как, пацаны, нужна им прописка?

Высокий и худощавый кого-то послал во двор. Оттуда пришла тонкая девчонка. Светленькая кудряшка – с улыбчивыми глазенками и ямочками на сдобном личике. Алик настороженно смотрел на нее.

Тем временем зажгли настольную лампу – и в подвале воцарился голубой свет. Не обращая внимания на ребят, девчонка свободно, без стеснительности, разделась, в глаза брызнуло свежестью подросткового тела…

Она засмеялась и легла. Стояла обычная атмосфера деловитости. Темпераментного рыжего подбадривали криками и свистом, словно это происходило на футбольном матче. Потом по приказу худощавого разделся Вадька. Девчонка обняла его за ноги и припала к его жесткому телу.

Вадька в этом деле оказался мастак, и пацаны одобрительно зашумели.

Потом, когда шли в детдом, Алик спросил дружка:

– Интересно?

– Дурак, не интересно, а кайф! Видал, какая краля, пальчики оближешь!

Авторитет Вадьки в детдоме вырос. Теперь Алик знал, что Вадька часто бывает в подвале и твердо прописан в «конторе». Он чувствовал зависть. Правда, Алик понимал, что «конторе» нужны не все, что там свой отбор: «прописывался» определенный тип – с криминальным уклоном, и не все детдомовцы, которыми верховодил Вадька, способны были влиться в эту систему.

«Контора» отторгала хлюпиков, по душевной конституции не способных бить малышам морды за медяки и балдеть не столько от денег, сколько от насилия…

Теперь Вадька с Аликом свободно шлялись по микрорайону, и Алик, для шика мусоля в зубах сигарету, думал о том, что со временем займет в детдоме достойное место и будет «авторитетом».

Вадька водил Алика на дискотеку. У стоптанной лестницы, уходившей в грохочущий подвал, скучал верзила-пэтэушник и рвал пополам зеленые билеты.

Подвал назывался громко: «Диско-бар».

«Рваная», кое-как записанная музыка больше раздражала, но Вадька и Алик быстро вошли в ее ритм, уловив смутное удовольствие от конвульсивных толчков множества тел. Здесь не танцевали, а дергались в куче, прыгая и извиваясь, словно шаманы.

Впрочем, дергались не все. Иногда к Вадьке приближались знакомые подростки из «конторы».