Буря в бокале

– Не стал отрицать Унцио, совершенно не понимая, о чем толкует Рино, но интуитивно чувствуя, что о чем-то хорошем и стоящем.

– Первый мёд самый лучший, уж я в этом знаю толк.– Со знанием дела протянул бортник. И тут же заслужил.

– Дурень ты! Причём тут мёд, я тебе же ме-та-рво–зоо-фически поясняю,– выговорил с трудом монах сложное и до конца ему самому не ясное слово. Но заезжавший, как-то с пастырским визитом в их монастырь епископ Бухляндский частенько вставлял это словечко в диалогах с Обливакусом и Унцио взял на вооружение столь значимое слово.

– А, енто другое дело. Как же, мерзатически, понятное дело, знамо, эт полезная штука…

Пошёл сразу на попятную Рино не рискуя более донимать своими неразумными вопросами «мессителя», как он, про себя называл Унцио.

Путники замолчали, думая каждый о своем. Странствующий ныне монах припомнил ломящиеся от всевозможных яств столы, накрытые в честь епископа, а Рино улики с любовью расставленные на цветущем лугу.

Дорога взяла под уклон, и мерин прибавил прыти, будто вспомнив молодые годы.

– Это Паси?– проявляя географическую осведомленность, поинтересовался Унцио.

– Как есть она родимая. Бежит, аж до самых варварских краёв, будь не к вечеру помянуты дракусовы дети.– Рино осенил себя святым знаком и на всякий случай незаметно плюнул через плечо. Затем, кряхтя слез с телеги, и вперевалочку подошёл к мерину.

– Это от чего же?– поинтересовался странствующий монах, который вообще не любил все места, где не было что выпить и плотно набить желудок.

– Да, напасти тут частенько приключаются всякие. Разбойничьи шайки облюбовали эти края. Не дают спокойного жития людям.

– А куда же гвардия его величества смотрит. Почему не учиняют погромы извергам?– Унцио подозрительно заозирался по сторонам выискивая затаившихся лиходеев.

– Да, какая там гвардия, дракусова вымя, ой простите ваше преосвященство.– Не было в этих далях отродясь ни гвардий, ни стражников. Да, и сами разбойнички не дурни, попрятались по лесам, дубравам куды там их отыскать. Как-то магов академия понаприсылала, так они сдуру чуть в пустыню не превратили земли местные, включая пастбища, поля с домами селян.