Чушь собачья

Только цацку свою захвати…

И пёс отпрометью бросился за резиновой игрушкой – не столько, разумеется, ради неё самой, сколько из радости сделать приятное самому главному человеку на свете.

* * *

– Да хотя бы с Лыцком сравни! – с досадой говорил Рогдай Сергеевич, директор фирмы. Сбросив пиджак, он сидел на краешке рабочего стола и, засунув руки в карманы, нервно качал ногой. – Вроде бы и война у них, Гарик, и террор, а инвестиции из-за бугра всё равно ползут… И не боятся ведь вкладывать!

Его дальний родственник и заместитель по общим вопросам Гарик – тоже без пиджака и тоже заложив руки в карманы – стоял, опершись задом на подоконник, и, пристально следя за колебаниями директорской туфли, задумчиво кивал в такт.

За Сусла-рекой заворчало и дробно ухнуло. Даже блеснуло слегка. Гарик на звук не обернулся, но кивать перестал.

– Слышь, как вложили? – склонный по молодости лет к зубоскальству, цинично заметил он. – По-моему, ракетный удар называется…

– Я бы уже, наверное, и на ракетный удар согласился, – устало молвил Рогдай Сергеевич.

 – Отрицательная реклама – тоже, знаешь, реклама… Как это у классика? «Высек – и тем запечатлел…»

Директор слез со стола. В скорбном раздумье направился к бару, где открыл стеклянную дверцу, достал коньяк, наполнил два хрустальных напёрстка и, вручив один из них заместителю, вновь увенчал собою насиженный угол столешницы.

– Да что ж мы за глушь такая! – с тоской проговорил он. – Москва нас не замечала, Запад – не замечает… Татары – и те стороной обошли!

– Какие татары? – весело возмутился Гарик, имевший зачем-то высшее историческое образование.

 – Первое летописное упоминание о Суслове – пятнадцатый век…

Рогдай Сергеевич выпил и со стуком отставил хрустальный напёрсточек.

– В-вот! – выдохнул он, воздевши указательный палец. – Значит, и летописцы тоже… До самого пятнадцатого века ни одна собака вниманием не удостоила! А знаешь, почему? Безликие мы, Гарик! Возьми Баклужино, Сызново… Про Лыцк я уже не говорю.

Да! Бывшие районы Сусловской области! Но у каждого своё лицо, свой нрав… А мы? Вечно под кого-то косим, вечно кого-то лижем! Либералами себя объявили, Думу в Капитолий переназвали… Нет, ты пойми, я ведь не против, но не всё же надо подряд перенимать! Нудисты эти, к примеру… Ну на кой они нам пёс?

– О! – сказал Гарик, приникая к оконному стеклу. – Кстати! Нудисточка дефилирует… Взглянуть не хочешь?

– Да иди ты к чёрту! – вспылил директор.