Письмо к Элизе

Мыши провозились ещё с полчаса, вытаскивая остатки дерева из канавки, как вдруг Франц задрожал: порыв ледяного ветра выстудил его до костей.

– Ух! – только и выдохнул он. – Напрасно я сбросил полушубок.

Он перебежал туда, где оставил одежду, и с удивлением обнаружил сугроб.

– Оглядитесь вокруг, господин Бернард! Как намело!

Лес необыкновенно преобразился. Мало-помалу снег покрыл ветки деревьев, траву и опавшие листья; сильный ветер посеребрил иглы елей и стволы клёнов. Обоим мышам стало очень холодно, силы и трудовой задор разом покинули их.

Бернард потянулся к забытой фляге с чаем и обнаружил там корочку льда.

– Пожалуй, надо заканчивать работу, – задумчиво сказал он. – Дёрн стелить ещё долго, а сугробы наметает быстро.

– И становится холоднее, – добавил Франц, натягивая полушубок. Он негромко выругался, когда снег с воротника съехал ему за шиворот.

– Господин почтальон, позвольте вас пригласить на обед.

Франц пробовал отказаться, но скорее из вежливости. Было видно, насколько он рад приглашению:

– Благодарю, господин дорожник! Утром, отправляясь в путь, я планировал добраться до вашего соседа, что живёт дальше на перевале, и у него заночевать.

А завтра, подкрепившись, начать спуск в соседнюю долину. Однако теперь я вижу, погода портится. Будет не лишним сначала пообедать, а затем продолжить путь.

Довольные друг другом, мыши собрали инструмент и направились к башне. Канавка защищала их от ветра, идти было не так уж сложно.

– Я обратил внимание на листья возле места, где мы пилили сук.

Они сложены так, будто кто-то в них прятался, – вдруг сказал Франц. Поскольку больше никого, кроме Бернарда, в окрестностях не наблюдалось, вопрос был формой вежливости, и мышак, конечно, сразу это понял.

– Да, я спрятался. Мне показалось… – здесь он замялся, и это не укрылось от Франца, который был не так-то прост, как можно подумать о деревенском почтальоне. – В общем, мне показалось, что приближается кто-то большой.

– Вы имеете в виду зверя? – уточнил Франц и на всякий случай прислушался, однако за воем ветра не услышишь мягкого топота рыси.

– Я не знаю, что это было, только вдруг перестал дуть ветер и всё в лесу замерло. Так ведь не бывает, – пробовал объяснить Бернард. – А потом из леса придвинулось что-то и пошло на меня, будто бы ломая деревья, но в то же время ничего не трогая и шума никакого не производя.

– И пришло оно оттуда? – палец Франца в точности указал направление, где проявилась лесная жуть.