Пираты медного века

– Там можно пристать, Скел! – выкрикнул кто-то из сидевших справа, и Скел посмотрел, куда указывала рука мужчины. Небольшой мыс резко выдавался вперед в море, ломая волны, и у его основания образовалась тихая заводь.

– Поворачиваем туда, – сказал он сипло и, надавив еще раз на весло, услышал хруст, и, дернув, вытащил его из воды надломленным.

– Сам Мавар не хочет, чтобы мы оставались в воде надолго, – по пересохшим и покрытым коркой соли губам пробежала кривая усмешка, и он потер рукой саднящую корку на груди, след надреза, – справа – весла из воды! Слева, первые три, налегли!

Плот, качаясь, медленно поворачивался к берегу.

Когда они, после долгой борьбы с прибойной волной, насквозь мокрые и окончательно вымотанные, наконец, вытянули плот на сушу, дневной свет погас окончательно. Вечер еще не был темным, но уже скрадывал очертания вдалеке, и люди Калкид опасливо оглядывали землю, к которой пристали.

Неровный берег, усыпанный галькой и камнями крупнее, местами невысокие скалы подходили прямо к полосе прибоя, чуть дальше светлела тонкая полоска песка.

Деревья, не доползшие до воды несколько десятков шагов, темнели в надвигающихся сумерках. Под их кронами было темно – свет полностью гас среди листвы. Мыс, на который они правили, теперь слева от них – узкий и каменистый, он разбивал волны, образовав что-то вроде заводи.

Вечерний ветер понемногу крепчал, становилось зябко. Сползшие с плота мужчины, все еще голые и измученные, оглядывались по сторонам, неуверенно топчась на месте.

– Это лишь Большая земля, – громко сказал он, – Харак, Шакри, Кицл, пройдите по берегу, найдите место, где можно добыть воды!

– Здесь могут быть люди, – ответил ему кто-то.

– Мы не видели ни селения, ни лодок, но возьмите с собой топоры и дротики. И смотрите иногда на море, не видно ли людей Гвеча. Чорех, возьми ветки, сколько осталось, собери, если нужно, и разведи огонь на мысу. Надо показать им, где мы.

Приказы звучали привычно, немного рассеяв страх людей перед вечерней пустотой незнакомого берега.

И вскоре трое мужчин, двое из которых несло дротики и один – топор, двинулось вдоль берега, а юноша с глубоким шрамом на щеке уже тащил охапку веток вверх по камням на мыс.

Скел оглянулся.

– Камеш? Где ты? Вижу. Иди сюда, – последние слова он сопроводил жестом, и увидел, как юноша-чужак медленно приближается к нему, его лицо казалось маской усталости.

– Иди сюда, – повторил Скел.