Ничей. криминальная повесть

 – Бритву он собрался урыть!

– Блин, ты партизан, Трофим, ещё тот! – Карлсон явно озадачен. – Люба не верит, что ты работал в цирке.

– Любка – сумасшедшая. Мало ли чего она несёт. Но ты с темы не съезжай. Что за девчонка?

Подросток вздыхает, чешет затылок. – Нравится она мне.

– Э-э, Карлсон, пустой номер всё это. Я тебе не раз говорил: это параллельный мир и тебе туда не попасть.

– Это мы ещё посмотрим.

– Слепой сказал – посмотрим. Сдавайся в детдом, получай документы, учись, вот тогда может чего и выйдет из твоей жизни.

А с этого чердака путь для тебя – или на зону, или в настоящие бомжи. Чердак этот один хрен кто-нибудь найдёт, и дом этот рано или поздно под бульдозер пойдёт.

– Ни за что в детдом не пойду!

– Ну, и дурак!

Трофим, вдруг, вскрикивает, хватается за бок. – А-а, сука! Печёнку опять прихватило! Больно как! – Он скручивается на диване в клубок.

Сергеев и Нечай стоят у стены заброшенного дома.

– …М-да, больной райончик, – говорит Нечай, осматривая неприглядные блочные дома.

 – Чистый гарлем.

– Тут – все дома расселены. Нормальные люди здесь не шатаются.

– Бомж какой-нибудь голову нашему сержанту починил, – говорит Сергеев, носком поддевая обломок кирпича.

– Надо монашку устанавливать.

– Она такая же монашка, как я – папа римский.

– Ясен пень.

– Местный бомжатник трясти придётся. – Сергеев внезапно раздражается. – Я бы этого сержанта!.. Попёрся, твою мать!..

– Надо с участковым местным поговорить.

У Сергеева звонит телефон, он вынимает трубку.

 – Да! – слушает. – Чёрт!

– Что?

– Отец звонил. Он клетку забыл закрыть, кролики разбежались. Говорит, не может найти половину зверьков.

– И что?

– Что! Что! На дачу надо ехать!.. Батя!.. Сержант!.. Как мне все дороги!.. – злится Сергеев. – Слушай, Никита, может это… ты сам к участковому сгоняешь?..

Карлсон сидит на лавочке напротив подъезда жилого дома и жует сникерс. Дверь открывается и оттуда выбегает Саша с тросточкой, за ней – женщина, судя по всему ее мать.

Женщина ловит Сашу за рукав, та пытается вырваться. – …Отстань от меня! Все равно уйду!

– Кончай спектакли устраивать! – шипит мать, озираясь на окна.

– Живи со своим Игорем! Я к отцу уйду!

– Нет у тебя отца, дурочка!

Девушка пробует вырываться. – Сама дура!

– Ты как с матерью разговариваешь!

В окнах маячат любопытные жильцы. Саша вырывается и хромает прочь от женщины, по щекам девушки текут черные от косметики слёзы.