Рехан. Цена предательства

Ахмет повернулся к нему, заметив движение:

– Не трогай, пусть спит. И ты тоже спи. Завтра, или послезавтра уже братья придут, будем идти, – Ахмет махнул рукой в сторону стены, – далеко, в горы. Надо спать, сил набирать. Марийат вас вылечила, потом, может, кушать захотите.

– А бежать и не думай, – добавил, помедлив, – бесполезно, я охраняю. Побежишь – буду стрелять тебя, а я не хочу, – сказал и нахмурился.

Пашка решил пропустить последние слова мимо ушей.

– Сколько мы здесь валяемся? – спросил он.

Ахмет начал загибать пальцы:

– Ночь, день, ночь, и вот еще день сегодня.

– Ясно, – сказал Пашка, – нормально…

Глаза сами собой начали закрываться, и как он не напрягался, чтобы заставить мозг работать, опять заснул.

Через несколько часов, по его ощущениям, проснулся. В комнате никого не было, кроме Витали. Кашлянул – тихо. Виталя во сне стал заметно лучше выглядеть – синяки пожелтели, он ровно дышал, щеки обрели хороший розоватый оттенок. Да и сам Пашка чувствовал себя намного лучше.

Какие, к черту, шары, одернул сам себя. Навыдумывал себе, параноик.

Надо валить отсюда. Осмотреться сначала…

Осторожно встал. Тело болело в некоторых местах, но вполне терпимо. Бесшумно открыл деревянную дверь…

И прямо на него глядел Ахмет, сидя на стуле за простым, накрытым белой скатертью, столом, и с автоматом на коленях. От неожиданности Пашка чуть не матюгнулся.

– В туалет хочу, – наконец сказал он Ахмету. Благо, что это тоже было весьма немаловажной правдой.

Тот молча встал, указал бородой, в какую сторону идти, сам пошел сзади, на ходу легко коснувшись Пашкиной спины стволом автомата.

И пока Пашка справлял в уличном сортире свои дела, все время ощущал внимательное присутствие Ахмета и его АКСа. Таким же образом вернулись в дом.

Пашка отчаялся. Напасть на здорового, вооруженного Ахмета было безумием. И во всем теле царила слабость, огромная невероятная слабость.

Неожиданно для себя снова уснул. Когда проснулся в очередной раз, его накормили, отчего он почувствовал себя на седьмом небе. Ахмет сказал, что Виталя тоже просыпался, и тоже чувствует себя нормально. Потом снова заснул, прислушиваясь к своему блаженству сытости и отдыха.

Разбудили его на этот раз шум и голоса в доме.