За гранью искажения

Приближаясь к каждому воину, он на несколько мгновений замирал. Люди никак не реагировали на появление сгустка, похоже, они вообще не видели его.

Крутнувшись возле Марака, тёмный клубок подлетел к Рустаму, замер перед лицом и он почувствовал, что его голову словно кто-то обхватил. Рустам мгновенно вскинул руку, и его пальцы сомкнулись на сгустке. Суставы тут же сковал пронизывающий холод, чёрный клубок несколько раз дёрнулся, пытаясь вырваться.

– «И кто тут у нас…» – прошипел Наргал, добавив несколько невнятных слов.

Пространство перед Рустамом задрожало, очертания поляны смазались, и её место занял бревенчатый дом с отсутствующей стеной и значительно разрушенной крышей. В доме находился сгорбленный старик в тёмно-серой накидке, на морщинистой шее которого висел медальон в виде головы козла с закрученными рогами. Старик, прикрыв глаза, держал перед собой раскрытую ладонь, над которой парил крохотный чёрный камень. Вторая костлявая рука старика неторопливо вращалась над камнем, а серые губы человека что-то шептали.

Перед домом около вялого костра, огороженного камнем, сидели трое мужчин в потертых кожаных доспехах, старательно отводя взгляды от хозяина дома. Вдруг старик запнулся, открыл глаза и изумлённо посмотрел на Рустама.

Чёрный камень старика охватило зелёное пламя, и он рассыпался пеплом. Ехидный смех Наргала прокатился в развалинах дома, пространство вновь смазалось, и Рустам вернулся на поляну.

Глава 14

– Странно, но я не нашёл следов наблюдателей, – задумчиво проговорил Пирт, отправляя в рот ложку с горячим варевом.

– К чему ты клонишь, Пирт? – не выдержав рассуждений егеря, спросил Марак. – Они рассчитывают на внезапность. Осторожно подойти к лагерю и перерезать спящим глотки.

Марак провел ложкой по горлу, оставив на коже крупинки каши.

– Кто такие чёрные колдуны? – спросил Рустам, обведя взглядом притихший отряд.

– Сэр, не кличьте беду, – Пирт нарисовал в воздухе защитный знак бога Тиуса. – В походах дурная примета вспоминать о разных тварях.

– Пирт, брось ты свои предостережения, – махнул ложкой Марак, но рассказывать не спешил, уткнувшись взглядом в тарелку.