Врата Рассвета

Бросают солнечные блики начищенные до зеркальной ясности кольчуги и панцири, хищно изгибаются лезвия секир…

– Эй, юноша! Ты что-то хотел? – Очередной торговец, протирающий тряпицей и без того идеально чистую кольчугу, обратил внимание на бесцельно глазеющего на боевое железо парня.

Рино в ответ лишь покачал головой и собрался было продолжить путь, но назойливый продавец решил, что прощаться еще рано.

– Судя по мечу на поясе, ты не из тех, кто просто глазеет на оружие, не понимая, с какой стороны за него браться.

– Да ну? – Весело спросил Рино. Черные, как смоль, волосы и смуглая кожа выдают в самоуверенном купце выходца из Ашдегара. Жители Города Самоцветов славятся умением обращаться с драгоценными камнями, но железо у них откровенно посредственное, а познания о нем – и того хуже. Благородный меч, укрытый добротными, но простыми на вид ножнами, куда дороже всей утыканной второсортным железом лавки.

– А то! – Торговец самодовольно хохотнул, посчитав, что привлек потенциального покупателя.

Рино с недоверчивым любопытством проводил взглядом торговца, полезшего в глубины железных залежей. На свет торжественно появился длинный сверток из грубой парусины. Торговец, словно ловящий восторженные взгляды фокусник, уложил его на прилавок. Картинным жестом распустил завязки, на смуглой физиономии – торжественное, мало что не благоговейное выражение.

– Это благородный клинок, юноша, – с придыханием начал ашдегарец. В голосе столько возвышенного пафоса, что любой менестрель бы, не колеблясь, согласился взять торговца в подмастерья.

Меч, покоящийся на грубой ткани, поражает обилием золота и драгоценных камней, усыпавших искусно выполненную рукоять. Рино некоторое время изумленно хлопал глазами на диво, обнаружить которое в заштатной оружейной лавке – все равно что алмаз посреди нилантийской улицы.

– Он выкован по повелению наследного принца Тангаланы, страны, что…

– В Тангалане отродясь не было принцев, почтенный. – Рино не удержался от ехидной ухмылки. В самом деле, золотые мечи тангаланских принцев в Силории – большая редкость… В отличие от доверчивых олухов. Вот на них-то этот ловкий малый и делает выручку. – И вон та красная стекляшка в оголовье уже начинает крошиться.