Это всё не из-за меня

Айлин мне говорила, что только человеческие женщины могут подходить другим расам, но про мужчин не было сказано ни слова.

–Но….. у русалок же хвост.

Сказала и почувствовала, как моё лицо начинает краснеть. Как-то неловко получилось. Это совершенно не та тема, которую стоит обсуждать с маленькой девочкой. Поэтому я мысленно начала ругать себя. Однако реакция малышки была полностью противоположна моей. Она смеялась и смеялась так сильно, что в уголках её глаз появились маленькие слезки. Только вот я была рада этому и видела, что вместе со смехом её отпускает то напряжение, которое возникло недавно между нами.

–Ха-ха-ха, Нэрия, только ты могла меня так насмешить. – Немного погодя она всё же перестала смеяться и, сделав чай для нас двоих, вновь вернулась ко мне. – Держи, это мой личный рецепт, такого ты нигде не попробуешь. А по поводу того, кхм, что ты недавно говорила, то не знаю, кто тебе сказал подобную чушь, но моя мама могла выходить на сушу. И при этом у неё было две ноги.

–Не совсем, но я могу это принять. Только как же так получилось, что сейчас твою расу считают магическими паразитами и стараются избегать. А иногда и охоту на них могут устроить.

Что за день у меня такой сегодня – стоить озвучить вопрос, как сразу понимаю, что он был задан совершенно не к месту. Малышка как-то резко сникла, и весь её вид говорил о том, что она сейчас ушла в свои воспоминания. Не знаю, что за история там была связана с её матерью, но вот явно всё было не так просто.

–Прости. Я сегодня уже второй раз причиняю тебе боль своими вопросами. – Как бы мне не хотелось закончить этот неприятный разговор, только внутри меня была уверенность, что надо прояснить всё сейчас. – Можно я задам тебе ещё один вопрос и потом мы уже займемся травами?

–Угу.

Вот мне совсем не нравится, как обреченно прозвучало это самого «угу». Не должен маленький ребенок так реагировать, с такой обреченностью и отрешенностью.

Пустая кружка из-под чая медленно остывала в моих руках, но я никак не могла подобрать правильный вопрос. А Мэлия всё так же сидела и не шевелилась. Я смотрела на неё и пыталась собрать воедино всё, что знала. Во-первых Вильс её родной отец, но при этом он человек. А её мать русалка, но судя по описанию не простая, разумная.