Властелин

– Кстати, кто мне заплатит за дверь? – брюзгливо поинтересовался харчевник, разглядывая последствия разгрома.

А Никто озадаченно разглядывал собственные руки. Его исступленно рубили саблями и со страшной силой заехали в бок шестопером – на коже не осталось никаких следов. Как будто лупили по железной наковальне. Никто не чувствовал боли – только слабые глухие толчки.

Удары даже не могли стронуть его с места – казалось, что он весит целую скалу… и в то же время тело стало удивительно легким. Когда ему надоело терпеть, и он перешел в наступление, то начал двигаться так быстро, что агенты Зла будто замерзли на месте.

Каждый удар получался таким привычным, таким естественным…

– Кем же я был раньше? – пробормотал Никто.

Этим вечером деревня бурлила, обсуждая произошедшее. Солнце давно село, но никто и не думал ложиться спать. Невероятные события будоражили всех и каждого – Никто засыпали вопросами, недоверчиво щупали места, куда попадали болты и лезвия сабель. Кузнец Валюх ходил гоголем, в тысячный раз повторяя историю о том, как они с пастухом дали отпор кошмарным агентам Зла.

– Да кто такие эти агенты Зла?! – наконец возвысил голос Никто.

Воцарилась тишина. На Никто смотрели с невыразимым удивлением… но потом люди начали вспоминать, что память к их пастуху так и не вернулась. Староста сочувственно улыбнулся и сказал:

– Агенты Зла – это слуги Темного Властелина, сынок. Если они пришли за тобой, значит тобой интересуются в Империи Зла…

– Что еще за Империя Зла?

– Это, сынок, такая страна, – наставительно объяснил староста.

– Как хорошо, что мы живем в Ривении! – всплеснула руками старостиха.

– Это верно… – кивнул староста. – Конечно, у нас тут тоже бывает трудно, бывают проблемы… но слава богам, что нам не выпало жить в Империи Зла!

– Этот лорд Бельзедор, должно быть, страшный человек… – задумчиво произнес Никто.

– Человек ли?.. – хмыкнул староста. – Я в этом не уверен… Он Темный Властелин, и его имя заставляет трепетать весь мир…

– Но что ему нужно от меня?

– Не знаю, сынок… Не знаю…

– Кажется, это знаю я, – возвысил голос жрец Мурюз. – Идемте.

Жрец с женой и дочерью жил в небольшом домике при деревенском храме.