Тайна похищенной башни

– Давайте тогда попросим Василия Васильевича штурвал повернуть, пока не поздно. У нас транспорт быстрее ихнего – догоним. И кормите тогда, сколько влезет…

– Да хрен бы с ними, – уже охладел к этой идее Колобков. – У меня таких и дома полно. Только не плавучие.

Привлеченные криками, на палубу гуськом вышли мудрецы. Первым – важный Каспар, подметающий палубу бородищей. Вторым – раздраженный Бальтазар, косящий вокруг подозрительным взглядом. Третьим – радостный Мельхиор, весело размахивающий над головой какой-то тряпкой.

– Блин, дед, а ну надень трусы! – заорал Колобков, сообразив, что эта тряпка – не просто тряпка, а набедренная повязка. Единственный предмет одежды Мельхиора. – Что, совсем очумел, стриптиз мне тут устраивать?!

– Мельхиор немного склонен к эксгибиционизму, – равнодушно сообщила Стефания. – Просто не обращайте внимания, и он перестанет.

– Не обращать внимания на голого старого негра? – повертел пальцем у виска Колобков. – Ну ты, Фанька, иногда как скажешь… эй, дед, а ну оденься! Быра оделся мне! Тут же дети!

– Где? – завертел головой Мельхиор.

– Геныч, Валерыч, хватайте черного! – скомандовал Колобков. – Нефиг тут причиндалами трясти!

Телохранители мгновенно встали в стойку. Скупыми отточенными движениями они начали забирать Мельхиора в клещи. Тот счастливо улыбнулся, видимо, решив, что с ним играют, и подпрыгнул вверх.

Метров на двадцать.

Гена и Валера растерянно уставились вслед улетевшему волшебнику. Мельхиор уставился на них.

Падать обратно он даже и не подумал.

– Летающий негр… – задумчиво прокомментировал Колобков, задрав голову. – Чего только на свете не бывает…

– Что нам делать, шеф? – пробасил Гена.

– Ну я не знаю, сбейте его, что ли… – почесал подбородок Колобков.

Телохранители заученными жестами выхватили пистолеты и спустили курки. Две пули со свистом прочертили воздух… и с мягким шуршанием отскочили, даже не оцарапав черной лоснящейся кожи. Мельхиор заливисто рассмеялся, вращаясь над яхтой.

Единственным достижением оказалось то, что от неожиданности он уронил набедренную повязку.

Дюжина взглядов проводила падающую в море тряпку. Колобков поджал губы, покряхтел и скомандовал:

– Вадька, быстро метнулся в каюту дяди Сережи, принес мне какие-нибудь его трусы.

– А почему мои? – растерялся Чертанов.

– Потому что мои этому негру будут широки, – похлопал себя по бокам Колобков. – Ты ему по комплекции ближе.