Прозрение Эль

 – Хочешь пить?

В руках у Грея оказалась большая, чуть вмятая с одной стороны кружка.

– А почему ты… Разве не больно?

Руки у Грея опухли и покраснели, но на них не видно жутких ран от укусов и бледных волдырей в тех местах, куда жуки пускали свой яд. И он вполне мог что-то делать ими. Например, держать кружку, чтобы напоить Джуса водой.

– Я меня есть одна тайна, – то серьёзно, то ли шутливо сказал Джус, когда Грей, проливая воду на подбородок, напился.

– Какая? – конечно, Джус не мог не спросить его.

– Если бы это не было тайной, ты бы разве не знал об этом? И вся деревня бы знала.

– Ладно, – согласился Джус. – Только скажи, она, эта тайна, хорошая или плохая?

– Это с какой стороны посмотреть, – засмеялся Грей. – С одной, просто прекрасная, а с другой – отвратительная.

Джусу стало так любопытно, что он даже забыл о своих руках.

– А ты мне расскажи, – попросил он, чуть подавшись вперёд.

– Когда-нибудь, – ухмыльнулся неожиданный друг. – Обязательно расскажу. Я ещё кое-что принёс.

Откуда-то из-за пояса широких, белеющих в полумраке штанов, он достал небольшую баночку.

– Это мазь, – пояснил на недоумённый взгляд Джуса. – Я знаю, что нельзя, но, если совсем немножко… Просто снять сильную боль. Осталось от бабушки, она лекарницей была.

– Была?

– Перекинулась недавно с тенью. После неё осталось. И кое-чему ещё меня научила.

Джус с раннего детства помнил лекарницу с дальнего края деревни, но не знал, что она ушла в иномир. И что у неё был внук, тоже не знал.

Он с трудом слышал Грея, который, уже намазывая его руки приятной прохладной мазью, что тихо приговаривал.

– Ты что… О чём…

– Это бабушкина присказка, – рассмеялся Грей. – Чтобы мазь лучше подействовала.

И в самом деле, мазь словно растворяла верхний слой боли, высасывала жгущий яд.

– А мать… У тебя есть?

– Её закрепили, – сказал Грей. – Какой-то наследнице высоких домов понадобилась круглосуточная охрана, а она до одури боялась мужчин.

Женщин в зрелом возрасте, да ещё и с приплодом, редко привязывают кровным договором. Джус громко вздохнул.

– Ничего, – сказал Грей. – Она не слишком-то меня жаловала. Вот бабушка – другое дело. Я… Я даже плакал, когда она ушла.

Джус удивился. Странно так переживать из-за кого-то, с кем ты не закреплён договором.