Мга

– Зачем ты вообще туда таскаешься? – Дрюня выходил из себя, как только я упоминал свои эстетские занятия, по его мнению, подрывающие мой имидж. – На фига тебе это надо? Тебя все равно вот-вот попрут оттуда, пианист хренов…

Я внимательно посмотрел на него:

– Так хочет моя мама, Дрюня. А я очень люблю свою маму.

***

… Смотрел на фото, и знал, что у Митьки под штаниной скрывается свежий шрам. Несмотря на то что это конопатое лицо, открытое объективу, светилось счастьем и довольством жизнью, чувствовал, что его рана всё ещё ноет.

Никита обхватил голову руками. Потому что не знал никакого Митьку. И никогда не тырил ящики с пивом. И в то же время знал и тырил. И очень беспокоился за Аллу, которая по ночам, скрываясь от пьяного отчима, сходящего с ума в белой горячке, танцевала с обручем под тусклым светом фонаря.

Вчера поздно вечером он видел, как Алла тренируется во дворе. Значит, дядя Коля опять ушёл в запой, а она ушла из дома. Всегда готовится к районным соревнованиям во дворе, чтобы не терять «запойного» времени.

Она сказала однажды: «Ты мой рыцарь, Нил», и улыбнулась чуть заметно – только дрогнул краешек рта, там, где на верхней губе прорезалась трещинка. Он пялился на её губы как зачарованный, не мог оторвать глаз от этой тонкой чёрточки. Прядь русых волос метнулась по половине лица, когда Алла качнула головой, скрыла эту трещинку. Он пришёл в себя.

– Просто твой сосед, – сказал ей. – И твой друг.

– Я бы хотела, чтобы ты был моим старшим братом, – ответила она.

– Твой друг.

Потому что совершенно не хотел быть её старшим братом.

Раздался странный звук. Музыка. Музыкальная тема Она как-то требовательно верещала из странного плоского четырёхугольника, брошенного на кровати.

Мобильный. Черт, наверное, это Рай, он опять не пришёл на репетицию. Надо ответить. Что он скажет?

***

Что-то было не так. Он настороженно огляделся. Комната казалась и знакомой, и незнакомой одновременно.

***

Никита подцепил зелёную трубку на экране вправо. Его вызывал Рай.

***

Из четырёхугольника раздался голос:

– Кит, что опять у тебя стряслось? Это не совсем ужасно?

– Кто это? – спросил он. – Я не Кит. Чувак, ты не туда попал. Набирай внимательней.

– Кончай прикалываться, – засмеялись на том конце эфира. – Если шутишь, хоть и по-дурацки, значит, живой. У нас – репа, забыл? Валик уже здесь. И Ирма тоже.