Клён и братья Гнева

Наверное, от преломления световых лучей под его глазами обозначились глубокие коричневые тени и складки рта, опущенные вниз, придавали его лицу вид еще более угрюмый, чем обычно. Внезапно мне показалось, что я перенеслась в будущее, и вижу перед собой Тео, постаревшего лет на двадцать.

Мне стало стыдно за все свои глупые мысли и раздражения. На Тео свалилась такая ответственность. В столь раннем возрасте – а ему еще не было и двадцати лет – и за весь наш Дом, и за город, и за страну в целом.

– Тео, – тихонько позвала я, и мягкая тень метнулась по его щеке: брат приподнял голову.

Он ничего не сказал, просто продолжал вопросительно смотреть на меня.

– Теплое молоко, – я подошла совсем близко и протянула ему большую кружку. – Выпей.

Тео взял кружку, задумчиво повертел ее в руках и отставил, не притронувшись.

– Ты намешала в молоко лидонию?

Он правильно догадался.

– Не злись, – я осторожно подвинула толстые тома, освобождая край стола. Тео не любил эту мою привычку – садиться прямо на столешницу или на перила, но не мог не признать: самые откровенные разговоры у нас происходили именно при обстоятельствах, противоречащих этикету. – Наверное, этот Лей Кайли не хотел никого унизить своим появлением. Просто так совпало. И предупредить он не мог.

– Но ты… Ты даже представить себе не можешь, зачем приходил этот Лей Кайли… Впрочем, тебе и не нужно.

Тео вздохнул печально, и я поняла, что он уже не злиться. Но это, наверное, еще хуже. Ему очень грустно. И, наверное, брат опять грызет сам себя изнутри за то, что не справляется с обязанностями Хозяина Дома.

– Неужели не знаешь мальчишек, – я рассмеялась, пытаясь его приободрить. – Они нашли дохлую кошку и…

Тео застонал и обхватил руками голову.

– Но кошка не виновата, что умерла именно на нашей территории, – я пыталась донести до брата главную мысль: произошедшее – просто цепь случайностей, которые выстраиваются в то, что называется судьбой. И раз мы не можем повлиять на произошедшее, лучше всего просто принять его как данность.

– И мальчишки не виноваты, что они мальчишки, и дохлая кошка для них – предмет пристального интереса.