Песнь для Близнецов

Рик брел по нему, босыми ногами взбивая лепестки яблонь. Всю ночь ему снилось только это – звездное небо, бесконечный сад и пение невидимых птиц. Оно было столь совершенно, столь прекрасно, что он плакал от счастья. Утром Рик проснулся спокойным, собранным и… полным радостного осознания того, что все делает правильно.

Гринер угрюмо стоял перед зеркалом. Он уже привык, что с полированной поверхности на него смотрел вовсе не вихрастый парень с узким лицом, а взрослый мужчина: широкоплечий, темноволосый, с волевым подбородком.

Сейчас он осматривал себя в последний раз перед тем, как выйти к городскому совету.

Совет этот был создан, чтобы освободить короля от забот и лишних хлопот, касающихся собственно города, Тэнниела. Но частенько правителю приходилось проверять, как работают выборные магистры, выслушивать их жалобы и предложения – словом, проверять, как работает система. Что ему сегодня расскажут магистры, Гринер примерно представлял. И хотел было спихнуть неприятную обязанность на маркиза Этье, но вмешался Шольц.

Не желая ввязываться в долгие споры, король уступил уговорам дворецкого почти сразу.

В зале для приемов яблоку негде было упасть, как говорят в народе. Пришли даже те имеющие вес горожане, которые ранее избегали больших сборищ. Наверняка – в надежде узнать что-нибудь о Совете, пленных баронах или грандиозном строительстве, которое, по слухам, затевал король.

Гринер вошел в зал – присутствующие поклонились, а разогнулись, только когда король сел на трон.

Согласно этикету, первым должен был выступить магистрат – глава городского совета, состоящего из пятнадцати магистров: купцов и лекарей, строителей, жрецов и ремесленников. Но он мялся, не решаясь обратиться к королю, и Гринер, улыбнувшись, терпеливо подсказал:

– Сегодня на повестке дня…

– Да, Ваше Величество, – очнулся магистрат, – сегодня на повестке… первым делом стоит строительство Храма Розы. Э-э-э… в каком месте он будет расположен?

Гринер прекрасно помнил, что они со жрецами Древа решили расположить храм за пределами города.

Но что-то будто подтолкнуло его, и он ответил:

– Городской амбар давно следует снести. Он обветшал и, того и гляди, рухнет кому-нибудь на голову. Новый надо построить на улице Горшечников, около городской стены, и перевезти туда зерно. А на освободившемся месте построить Храм Розы.

Гринер, пока говорил, упустил какую-то важную мысль – она мелькнула в голове, так быстро, что он не запомнил.